Название: «Ванька для битья»
Жанр: юмор
Рейтинг: G
Герои: МА, ПМД, ИИ, доктор Штерн и др.
Сюжет: житейская история

Двое играли в песочнице. Девочка сосредоточенно лепила куличики, а мальчик с завистью за ней наблюдал, потому что свои ведерко и совочек оставил дома, но идти за ними было лень. К тому же у него болела коленка, которую вчера пнул Ванька из четвертого подъезда. Сегодня Ванька носа не показывал, и правильно делал – с таким фингалом под глазом лучше не смешить народ.
- Машка, дай ведерко! - подергал мальчик соседку по песочнице за розовый капюшон курточки.
- Не дам! - Машенька показала ему язык.
- Жадина-говядина! - мальчик вскочил и ногами в два счета расшвырял любовно выстроенные на деревянном бортике куличики.
Над песочницей и всем двором разнесся громоподобный рев: «Маааамааааа!!! Меня Петька обижааааааааааает!!!»
- Ах ты, ябеда! - рассвирепел Петька и хотел оттаскать ее за короткие косички, но тут где-то рядом пронзительно прозвенел колокольчик: «Дети, в школу собирайтесь!»
И двое побросали в песочнице совочки с ведерками, шагнули через несколько лет и сели за школьную парту.
- Дай списать! - Петя толкнул Машеньку локтем в бок.
Машенька в ответ показала ему язык и повернулась боком, закрывая от него свою тетрадку. Месть, как и в песочнице, не заставила себя долго ждать.
- Жадина-говядина! - и пухлый учебник математики опускается на голову с русыми косичками.
Вездесущий Ванька протягивает из-за соседней парты ногу и пинает Петю по коленке, уже знакомой с твердой подошвой его ботинок.
«Тоже мне, защитник нашелся!»
И на Ванькину голову обрушивается уже не один учебник, а целый портфель. Но снова переливчатая трель колокольчика не дает нашим героям добраться до драматической развязки и забрасывает их на несколько лет вперед.
Долговязый Петя со смешно торчащими ушами на бритой «под ноль» голове неловко одергивает короткую гимнастерку и пытается удобнее устроить пятку внутри кирзового сапога на два размера меньше положенного.
- Ты будешь меня ждать, Маш?
- Конечно, буду, Петенька! - нежно целует его хорошенькая блондинка, а сама кокетливо стреляет глазками в сторону, где маячит сволочь Ванька со стильной прической и в цивильном костюмчике цвета маренго – этому пижону повезло не провалиться на вступительных экзаменах.
«Погоди, Ванька, два года пролетят быстрее, чем ты думаешь!»
Через два года бравый сержант Долгорукий взбегает, перепрыгивая через три ступеньки, по парадной лестнице дворца бракосочетаний и пинком сапога распахивает двухстворчатые двери:
- Машка выйдет только за меня!!!
Проныра Ванька успевает лягнуть его по многострадальной коленке, прежде чем вылететь в окно вместе с букетом и свидетелем.
Невеста, поправляя сползающую на лоб белоснежную фату, аккуратно расписывается в толстой загсовской книге: «М. Долгорукая».
Свадебную ночь новобрачный проводит в отделении милиции. Молодая жена льет слезы, пытаясь разжалобить сурового дежурного, а потом шепчет, пытаясь обнять своего Петю через разделяющие их прутья решетки:
«Я очень-очень-очень счастливая, потому что ты есть у меня!»
«А ты – у меня!» - тянется он к ней губами.
Машина времени, звеня невидимым колокольчиком, несет их через годы.
«Петенька, забери Андрюшу из садика!»
«Маша, Лиза опять подралась с Ванькиным Вовкой! Когда ты, наконец, займешься ее воспитанием?!»
«Петр, меня не волнует дефолт, Сонечке нужно поступать в Суриковское училище!»
«Что делала Ванькина колымага у нашего подъезда?!»
«Почему воротник твоей рубашки испачкан помадой такого же цвета, как у вашей главбухши Марфы?!»
«Для кого ты собралась делать пластическую операцию?!!!»
«И когда же ты угомонишься, хромой волокита?!!!»
Заявление в суд, развод и раздел имущества.
Ванька, лысый, но бодренький (ничего ему не делается, старому черту, проглотил валидол - и снова, как огурчик!) дает свидетельские показания, чьих денег больше – Марьи или Петра - было вложено в строительство четырехэтажного особнячка в элитном поселке Двугорском, и что Марфа Егорова устроилась в фирму Долгорукого по его, Ивана Корфа, протекции…
- Так вот кто подсунул ему эту главбухшу! - в негодовании вскакивает с места Марья Алексеевна, гневно сверкая глазами на гладко-фарфоровом после искусной пластической обработки лице.
- Ну, Ванька, тебе конец! - заносит Петр Михайлович пафосную трость из красного дерева с золотым набалдашником над лысой макушкой извечного соперника и коварного интригана.
И супруги Долгорукие дружно, бок о бок, принимаются валтузить того, кто почти полвека отравлял им существование, а после избиения, трогательно обнявшись, садятся в такси и едут в уютный особнячок, где на четырех этажах, не считая гаражного, будут мирно доживать свой век – теперь уж до конца вместе.
«Спасибо, Илья Петрович!» - от души благодарит Андрей Долгорукий доктора Штерна и вручает ему пухлый конверт с гонораром.
«Ваш метод – это фантастика! Вы помирили наших родителей!» - радостно щебечут сестры Соня и Лиза, вслед за братом благодаря кудесника-доктора.
Илья Петрович самодовольно улыбается. Он и сам знает, что его метод – это революция в семейной психологии. Но пока, увы, слава об этом методе не покинула пределов Петербурга, а так хочется приобрести широкое признание, баснословные доходы и собственную клинику!
Возле обшарпанной пятиэтажки, где в ожидании всемирной известности доктор Штерн арендует комнатку под офис, останавливается роскошный «форд» с московскими номерами.
Молодой человек преуспевающего вида выбирается из-за руля, протягивает визитку с претенциозными золотыми буквами по темно-синему глянцу: «Александр Романов»:
- Доктор, вы, говорят, творите чудеса? Мои предки крезанулись на старости лет - подают на развод. Помогите водрузить их крыши на место!
- Благодарю покорно, - вмешался Иван Иванович Корф, пряча в карман конверт со своей долей гонорара, - но изображать Ваньку для битья я больше не буду!
- Суть моего метода заключается в том, что у каждой супружеской пары есть свой Ванька, - поучительно изрек Илья Петрович. – Так сказать, квинтэссенция латентных мотивов, которые извлекаются из потаенных глубин памяти с помощью третьего лишнего, вымещаются на нем посредством легкого членовредительства и навсегда покидают подсознание…
Александр Романов с уважительным видом внимал словам доктора, а Иван Иванович, прикрывая шляпой синяк под левым глазом, удалился восвояси, жалея, что когда он разводился с Володиной матерью, доктор Штерн еще не изобрел свою революционную методику, лишив его возможности сделать долговязого Петьку хромым на обе ноги.