Библиотека Форума "Бедная Настя"

"Такая вот история". Автор - Рондо.

Название: Такая вот история.
Жанр: по мотивам БН.
Рейтинг: PG-13
Автор: Рондо
Герои: Из БН

Примечание: спасибо большое всем, кто высказывал идеи и подталкивал меня в нужную сторону при их воплощении. Спасибо так же всем, кто читал все это и писал отзывы.

- Вот черррт! - вырвалось у молодого человека, когда он споткнулся о ковер в темной гостиной. От выпитого в глазах двоилось, но ноги все еще держали его. Он тяжело уперся на изящный столик, жалобно заскрипевший под его весом.
- Желаете чего нибудь, барин?
Владимир повернулся на голос. В темноте он смутно видел очертания маленькой фигурки слуги.
- Где все? - недовольно спросил он.
- Спят, барин. Поздно ведь уже.
- А ты чего не спишь?
Подросток неопределенно пожал плечами. Владимир почувствовал, как, несмотря на опьянение, накатывает привычная злость, этот мальчишка страшно раздражал его. Барон и сам не мог толком сказать, что именно вызывает его неудовольствие, мальчик всегда был тих и услужлив, старался лишний раз не попадаться на глаза, но всякий раз, когда Владимир видел его, он чувствовал себя не в своей тарелке. Никто не вызывал у него такого раздражения, как этот худенький подросток, вечно спутанные светлые волосы, из под них сверкают огромные темно-голубые глазищи, курточка болтается на тщедушном теле, пальцы с коротко постриженными ногтями, тонкий, почти детский голосок. Что-то в нем было неправильное, но что Владимир никак не мог понять.
- Сапоги сними. - Барон рухнул на диван и положил ноги на стол. - Что, мало каши ел, даром, что при кухне все время… - издевался Владимир, наблюдая за попытками слуги стянуть сапог. Он чуть согнул ногу и толкнул мальчика. Вроде несильно, но тот отлетел к стене с сапогом в руках. Со вторым сапогом произошла та же история.
- Что нибудь еще, барин? - подросток аккуратно поставил сапоги рядом с диваном и смотрел на хозяина из под спутанной челки.
- Сапоги вычисти, к утру чтоб готово было.
- Слушаюсь, барин. - мальчик взял обувь и пошел к двери.
Владимир встал и его тут же повело в сторону, сшибив все же злополучный столик он чудом удержался на ногах.
- Данька! - гаркнул он.
- Да, барин. - подросток обернулся у двери.
- Сюда иди! Да брось ты сапоги, потом возьмешь. - Владимир ощутил под ладонью худенькую спину подошедшего слуги, хоть опора была слабой и ненадежной, она все же помогла добраться до спальни.
Пока шел до кровати, скидывал с себя одежду.
- Я могу идти, барин? - Владимир кивнул и упал ничком на кровать.

Пробуждение было болезненным даже в полутьме спальни. Владимир осторожно приподнялся, стараясь не делать резких движений, каждый удар сердца грохотом отзывался в голове, страшно хотелось пить. Он обвел взглядом комнату - все вещи аккуратно убраны, на столике возле кровати стоит высокий стакан, наполненный розоватой жидкостью. Владимир взял стакан и осторожно пригубил. Клюквенный морс! Стакан был опорожнен за секунду и ему сразу же стало немного легче.
Умывался и одевался автоматически, не особо заботясь о том, что делает. Вместе с отрезвлением сердце опять начала грызть боль потери. Эта внезапная смерть отца - без видимых причин, снежным комом упала на голову, душой он все еще не верил, что отца больше нет, хотя это произошло уже два месяца назад. И он до сих пор не мог поверить, что ушел из армии. Нет, он все сделал правильно, родовое поместье нуждалось в хозяине, но ему было страшно скучно в деревне. Дни здесь тянулись бесконечно и были похожи один на другой. Владимир положил себе разобраться с делами и уехать в столицу. Он был здесь всего три дня, а уже жутко тосковал по круговерти столичной жизни. К тому же Долгорукие явно решили женить его на своей старшей дочери, без конца зазывали в гости, пеняли, что мало бывает у них. Барон саркастически улыбнулся, вспомнив, что когда-то был даже влюблен в нее. Теперь он считал любовь уделом дураков, несуществующей выдумкой, химерой. Жениться? Зачем? Связывать себя какими-то глупыми клятвами, которые он все равно не собирался сдерживать, когда вокруг столько красавиц, которые совершенно не против оказаться в его постели. Может быть потом он и женится ради продолжения рода, но пока он намерен наслаждаться жизнью, вот только с управляющим разберется. Владимир был уверен, что рыжеусый шельмец обворовывал отца. Но все попытки разобраться в расчетных книгах разбивались о его собственное нежелание, после первых строчек он начинал отчаянно зевать и искать предлог отложить это неприятное дело. Да, вчера он здорово погулял в трактире вместе с Андреем Долгоруким. Владимир ухмыльнулся, представив, какую головомойку устроит князю его строгая маменька, ведь его доставили домой совершенно без чувств, а вот он - Корф, вернулся сам, и даже дошел до спальни! Правда, с помощью этого дворового. С ним он тоже разберется. Пороть его вроде не за что. Продать? Да кому он нужен - такой дохлый? Ладно, пусть живет пока. Главное, чтобы на глаза не попадался. И чего отец позволил ему остаться в доме? Нужен был шустрый помощник? Так этот Данька как замороженный и в глаза никогда не смотрит. Благо, хоть приказания выполняет - сапоги уже стоят возле кровати, начищенные до зеркального блеска.

Владимир не спеша позавтракал и решил немного развеяться. Верховая прогулка показалась ему достойным времяпрепровождением. Настроение у него испортилось сразу же, как только он вошел в конюшню. "И чего он все время передо мной крутится?" - мелькнула раздраженная мысль, хотя он и понимал, что это неправда. Ну откуда мальчик мог знать, что хозяин сам явится в конюшню?
- Данька, Грома седлай! - подросток вздрогнул от неожиданного окрика, но тут же послушно кивнул.
- Сейчас, барин.
Владимир со злорадным удовольствием приготовился наблюдать, как тщедушный мальчишка будет справляться со здоровенным черным жеребцом, который мало кого к себе подпускал, а слушался только хозяина. К его удивлению конь спокойно пошел вслед за мальчиком и позволил одеть на себя уздечку и седло. Седло было тяжелым, а жеребец - высоким, и Даньке пришлось забраться на балясину, чтобы взгромоздить седло на спину лошади. Саркастическая ухмылка исказила губы барона, он ждал, что вот сейчас Гром взбрыкнет, но нет, жеребец стоял смирно, только иногда косил темно-фиалковым глазом, словно просил поторопиться.
- Готово, барин. - затянув подпругу, мальчишка обернулся.
- Молодец… - в голосе барона не было теплоты, глаза смотрели с неприязнью. - В следующий раз будь порасторопнее.
- Я постараюсь, барин. - подросток опустил голову.
Владимира отчего-то кольнула совесть и, проходя мимо, он легко потрепал мальчика по волосам. Тот вывернулся из под руки, глаза сверкнули, но барон не заметил этого взгляда, ошеломленный собственными ощущениями. Волосы Даньки были нежными словно шелковая паутинка, от прикосновения к ним по пальцам побежали искры Эти искры рождали теплую волну, которая в свою очередь заставила тревожно сладко застучать сердце.
Барон одним движением оказался в седле, подбирая поводья и посылая заплясавшего жеребца вперед. С ним явно творилось что-то не то, но он сам не мог дать определения этому.

- Чего пригорюнился, голубок? - улыбнулась Варвара, когда Данька сел на лавку в кухне.
- Уходить мне надо, Варя. - ответил мальчик неожиданно нежным музыкальным голосом.
- Чего еще удумал? Куда пойдешь то?
- Куда угодно. Барин молодой невзлюбил меня за что-то, не будет мне жизни здесь. - он уткнулся лицом в ладони.
- Ну что ты, что ты! - запричитала кухарка, прижимая светлую голову к своей необъятной груди. - Устроится все. Недолго он будет здесь, надоест ему скоро. Вон уже колобродить начал. И чего тебе не спалось вчера? Вот и досталось. Больно?
- Да он не бил меня, Варя.
- Не бил… А сегодня чего тебя в конюшню понесло?
Данька пожал плечами. - Так я наоборот не хотел, чтобы хозяин меня увидел. Нет, надо уходить. - повторил он.
- А может… правду барину рассказать? Долго ли еще скрываться будешь?
- Боюсь я, Варя. Боюсь. Не знаю как сказать ему.
- Так и скажи как есть.
- Как есть - не могу. Еще страшнее. Я боюсь, что ОН дознается.
- Да, откуда ему дознаться то? Уже почитай года четыре прошло. Да и не сможешь ты долго правду скрывать. Как еще никто не догадался.
- Варенька, только ты молчи, не говори никому. - в голубых глазах заблестели слезы. - Если прознает кто, не жить мне.
- Да неужто барин даст тебя в обиду, если правду узнает? Наш барин хоть и горячий, но добрый.
Невеселая улыбка была ответом. - Может и добрый, да только что еще скажет, когда узнает, кто у него в доме прячется?
- Господи, опять ты за свое? - кухарка аж руками всплеснула. - В чем ты себя винишь? Нет на тебе греха.
- Да кто мне поверит? Только Иван Иваныч и верил, но и то ничего доказать не мог. Все что и мог, только спрятать меня здесь. Не могу я больше так, Варя. - из под пальцев полились слезы.
- Вот что, не реви! А то точно догадаются. Если барин еще неделю здесь будет - придется рассказывать, и будь, что будет. Карл Модестович что-то больно подозрительно на тебя в последнее время смотрит, ох, шельма. Не реви, кому говорю! - Данька тут же перестал плакать, пару раз шмыгнув носом.
- Ты права. Господи, пусть он уедет!
- Ты поменьше глаза хозяину мозоль, авось и минует в этот раз. Но пора тебе перестать прятаться. - Варвара покачала головой, глядя на нежную кожу щек. - Да и на мальчика ты похожа все меньше.
- Все просто привыкли считать меня мальчиком, вот пока и не замечают.
- Вот именно, что пока. Может, все же расскажешь барину?
- А если он отправит меня назад?
- Да, неужто он изверг какой? Не отдаст он тебя этому ироду.
- Если правда откроется - он должен будет меня отдать. А для меня это конец. - Данька тяжело вздохнул. Варвара ласково обняла его за плечи.
- Все образуется, я уверена.

Владимир скакал во весь опор, стараясь изгнать из памяти ощущение счастья, которое охватило его, когда он дотронулся до волос мальчишки. У него словно открылись глаза, теперь он знал почему так неприязненно относится к Даньке. Этот подросток будил в нем чувства, которые Владимир никак не мог испытывать к мальчику. Во всяком случае прежде он за собой такого не замечал.
Данька появился в доме, когда Владимир был на Кавказе. Он до сих пор никак не мог взять в толк, зачем отцу надо было покупать еще одного крепостного. К тому же такого. Мало что ли своих мальчишек? Да любой из них справлялся бы с поручениями быстрее и лучше, чем этот дохляк. Владимир сразу невзлюбил его, во время коротких наездов домой всячески изводил мальчишку, который молча терпел все выходки молодого барина, безропотно выполнял приказания и все время молчал. Владимира злила эта покорность, он делал все, чтобы крепостной возразил ему, тогда бы он смог наказать его. Это неизменное - Да, барин. - выводило из себя, хотелось ударить его со всей силы, только вот за что? Как-то Владимир приехал домой в прескверном расположении духа, и первым, кого он увидел был Данька, чем то занимающийся во дворе. Копна светлых волос как обычно падала на глаза, и Владимир придумал новое издевательство.
- Данька! - мальчик сжался и медленно повернулся.
- Да, барин.
"Боишься? Правильно делаешь!" - пронеслось в голове барона. - Я вижу волосы тебе мешают. Тебе надо подстричься. - его голос стал издевательским. - Наголо.
Владимир, ухмыляясь, ожидал реакции на свое приказание. Мальчишка только сжал маленькие кулаки и прошептал чуть слышно.
- Да, барин.
- Иди! Чего встал? Выполняй приказ.
Подросток моментально исчез, как ветром сдуло.
Владимир побыл дома всего три дня. Он не смог остаться дольше, его начинала мучить совесть, когда на глаза попадался худенький мальчик с трогательно хрупкой шейкой, старательно отводящий глаза. Больше Владимир таких приказаний не давал. С того времени прошло чуть больше двух лет.
А сколько, интересно, ему лет? Владимир задумался. Уж никак не меньше шестнадцати, хоть он и выглядит непонятно на сколько. Барон саркастически хмыкнул, - "Да, Корф, ты сходишь с ума. Ударился в сентиментальные воспоминания. Хватит тебе сидеть в деревне, надо возвращаться в столицу. Тамошние красавицы ждут тебя!"

Владимир проснулся до рассвета, сладко потянулся и протер глаза. Спать не хотелось, похмелья не было. Вчерашний день прошел на удивление спокойно, он вернулся домой только под вечер, проведя почти весь день у Долгоруких, чему те были несказанно рады. Мария Алексеевна даже благосклонно кивнула, перестав пилить Андрея. Остаток вечера просидел в библиотеке разбираясь с расчетными книгами, и был страшно горд собой, что ему удалось хоть немного продвинуться в этом нудном деле. Как он и предполагал - управляющий обворовывал его, даже малая толика записей просто кричала об этом. Барон положил себе завтра с утра рассчитать шельмеца и уехать в столицу. Как же ему надоела деревня!
Владимир вышел на крыльцо и вдохнул полной грудью тот особенный запах лета, который бывает лишь в такие рассветные часы. Пахнет росной травой, белесым светлеющим небом, последними тающими искорками звезд. Дом еще досматривал последние самые сладкие сны, готовясь к пробуждению, а барон уже скакал верхом к заветной заводи, где он любил купаться еще мальчишкой. День обещал быть бурным на происшествия, да и кто знает, когда он теперь еще приедет в поместье.
Барон привязал коня, стянул сапоги, разделся и уже предвкушал, как с разбега прыгнет в воду, но его остановило движение воды. Молодой человек даже помотал головой, отгоняя видение - на берег выходила… русалка, у него не было другого определения для прелестной девушки, медленно покидавшей воду.
Капли воды, подсвеченные первыми рассветными лучами, переливаясь стекали с белоснежной кожи, розовые жемчужины сосков чуть подрагивали при каждом шаге, небольшая, но очень красивая грудь идеально легла бы в ладонь, тонюсенькая талия, дразня крутым изгибом, переходила в стройные бедра, маленькие ступни, казалось, не потревожили ни одной песчинки на берегу. Владимир стоял столбом, наблюдая, как незнакомка скрылась в прибрежных кустах. Через некоторое время он перевел дух. Купание в прохладной воде стало жизненной необходимостью.
Владимир нырнул в глубину, ледяная вода ключей помогла немного охладиться и вернула способность мыслить.
"Ты похотливый болван, Корф! Почему ты не посмотрел на ее лицо? Где теперь ее искать? Неужели в этой глуши водятся такие красавицы?" Владимир передумал уезжать сегодня, столица никуда от него не денется, а вот воспоминания о девушке точно не дадут покоя. Весь вопрос был в том, где ее искать? "В доме ее точно не было, он бы заметил, еще бы такую красоту и не заметить! Может в деревне? А с чего вы взяли, поручик, что она вообще крепостная? Или что она ВАША крепостная? Потому что это МОЯ земля! Да и нет здесь незнакомых барышень. И я уже не поручик, пора бы привыкнуть." - одеваясь, размышлял Владимир, разговаривая сам с собой.

- Ну, и где ты был? - напустилась Варвара на Даньку, едва тот переступил порог кухни. Полина, жевавшая пирожок, с довольной улыбкой сообщила.
- Тебя управляющий искал.
Данька бросил взгляд на девушку, опустил голову и чуть слышно ответил, - Гулял.
- Карл Модестович тебе погуляет. - злорадно сообщила девица. Она отчего-то не решалась делать ему откровенные гадости, но по мелочи пыталась, чтобы мальчишке влетело. Больше всего ее злило, что он никак не реагировал на ее слова и совсем не обращал внимания на нее, как на девушку. Полина знала себе цену, она знала, что красива, хоть ей и совсем недавно исполнилось восемнадцать , ее формы были приятно округлыми. Она привыкла ловить на себе восхищенные взгляды мужчин, даже барин иногда посматривал на нее с интересом. Она в таких случаях всегда притворно скромно опускала глаза, втайне надеясь, что он прикажет ей прийти к нему. И хотя пока ничего не произошло, она все же не оставляла надежды. А этот тщедушный дохляк скользил по ней взглядом, словно не видел ее красоты. Если бы он хоть раз посмотрел на нее по-другому, ее тщеславие было бы удовлетворено, и может быть она бы не стала так плохо относиться к нему.
- Подина, ты поела? - кухарка смахнула тряпкой крошки со стола. - Иди, работай. Нечего тут рассиживать.
- Да, пойду скажу Карлу Модестовичу, что Данька вернулся. - Полина еще раз усмехнулась и вышла.
- Что опять случилось? - Варвара налила в кружку молока и подвинула к Даньке блюдо с пирожками. - Ешь и рассказывай.
- Ничего не случилось, Варя. Не хочу я есть.
- Ешь, кому сказала! Скоро ветром сдувать будет.
Данька только вздохнул.
Карл Модестович появился через пару минут и, крутя рыжий ус, осведомился нарочито ласковым тоном, - Ну, голубь сизокрылый, и где ты был? Я тебя обыскался с утра.
Не дождавшись ответа, уперся на стол, нависая над подростком. - Где был, я тебя спрашиваю! Чего молчишь? Говорить разучился?
- Гулял он, Карл Модестович. И чего он вам с утра понадобился? - Варвара оттеснила управляющего от Даньки. Мальчик словно и не слышал грозного голоса немца, погруженный в свои мысли.
- Все, мое терпение кончилось! Я думаю, что порка излечит тебя от привычки гулять не спросясь. - он попытался сцапать Даньку за ворот курточки, но тот поднял голову и посмотрел на немца таким взглядом, что управляющий остановился, будто на стену наткнулся.
- Ах ты, щенок! - он занес руку для удара, но ударить не смог под ненавидящим взглядом темно-синих почти черных глаз.
- Никогда не смейте поднимать на меня руку, Карл Модестович! - отчеканил Данька тихим голосом. Но для немца этот полушепот прозвучал громом с ясного неба.
- Ты грозить мне вздумал? - Данька не отвечал, все так же смотря на управляющего, тонкие пальцы сомкнулись на рукояти кухонного ножа.
- Что здесь происходит? - суровый голос хозяина разрядил обстановку.

Данька виновато опустил глаза и убрал руки под стол. Карл Модестович махнул рукой, чтобы дать мальчишке подзатыльник, но тот ловко увернулся.
- Что происходит, я спрашиваю! - Владимир ждал ответа на собственный вопрос.
- Этот наглец грозить мне вздумал, Владимир Иванович. Шлялся где-то все утро, я его нигде найти не мог, а потом заявил мне, что это не мое дело и он убьет меня, если я накажу его. Вон уже и за нож схватился.
- Неправда это, барин. - вступилась Варвара. - Не говорил он так.
- Правда или нет я сам разберусь. - Владимир бросил быстрый взгляд на подростка и посмотрел на управляющего. - Если он виноват, то он будет наказан.
Данька при этих словах еще ниже опустил голову. Барон продолжил, - А вам, Карл Модестович, я даю два часа на сборы, и чтобы после этого срока я вас в моем доме не видел. Я больше не нуждаюсь в ваших услугах.
Управляющий, теперь уже бывший, растерянно смотрел на Владимира.
- Но как же так, Владимир Иванович? Я же днем и ночью лишь о хозяйстве радел, а вы меня вот так выгоняете!
- Я прекрасно знаю, как вы радели о хозяйстве. Вчера я разобрался с расчетными книгами, и если вы не хотите, чтобы этим делом стал заниматься исправник, то вам лучше поторопиться.
Немец зло посмотрел на Даньку, потом на барона и вышел из кухни.
- Ну, а с тобой мне что делать? - Владимир повернулся к мальчишке. - За нож то чего хватался?
Данька не отвечал, стоял перед ним, изучая носки барских сапог.
- Вправду убил бы его? Чего молчишь?
Владимир чуть не плюнул с досады, не дождавшись ответа. Похоже, этот странный мальчишка как обычно собирался промолчать.
- Пойдешь сейчас на конюшню и вычистишь Грома. Понял?
- Да, барин. - прошелестел Данька.
- Потом я решу, что с тобой делать.
Мальчик тихо вышел в заднюю дверь под жалостливым взглядом кухарки.
- Варвара, может хоть ты мне расскажешь, что здесь происходит? - Владимир отпил молоко из кружки на столе.
- Да, ничего не происходит, барин. Карл Модестович за что-то озлился на парня, хотя он всю работу с утра сделал.
- Он в самом деле ушел без разрешения?
- Так у кого разрешения спрашивать, если он еще до рассвета ушел. Данька ничего плохого не делал, барин, не за что его наказывать.
- А что там с ножом?
- С каким ножом? - Варвара сделала круглые глаза. - Ничего я не видела, барин. А немец давно уже решил мальчишку со свету сжить, вот и придумывает невесть что.
- Да? - Владимир приподнял бровь. - Ну, хорошо, допустим. Скажи мне, Варя, что ты его все время выгораживаешь?
- Так сирота он, барин. Никому на этом свете не нужен. Пока Иван Иваныч жив был, Царствие Небесное, хоть как то о мальчонке заботился. А вам чем-то не угодил он, хоть и старается.
Владимир не ответил, только покачал головой и вышел с кухни.

Данька ждал грозы. Хозяин где-то пропадал последние три дня, управляющего пока не было, даже Полина попритихла. Оставалось только молиться, чтобы барин уехал, наконец, в столицу.
Владимир сбился с ног, разыскивая неизвестную красавицу. Он объехал все окрестные деревни, откуда она могла быть, но все тщетно - девушка, как в воду канула, словно действительно была русалкой. Он возвращался домой вымотанный, совершенно без сил, но заснуть не мог, снова и снова вспоминая прекрасное видение.
Владимир злился на себя, утром он дал себе зарок, что если и сегодня не найдет ее, то уедет в столицу, развеется, заслонит волшебный образ живым теплым телом очередной любовницы. День опять прошел впустую. Ближе к вечеру он плюнул на все и выехал на дорогу, ведущую в Санкт-Петербург, даже не заехав домой.
Время уже приближалось к полуночи, дом медленно затихал.
- Что-то хозяина до сих пор нет. - Варвара вытерла руки передником.
- Может опять загулял в трактире. - ответил Данька, не поднимая головы, продолжая чистить картошку.
- Оставь, ты. Завтра почистишь.
- Я завтра утром хочу сходить погулять. Можно?
- Ох, не доведут тебя эти гулянки до добра. Куда хоть ходишь то?
- Да так… Просто гуляю. - Данька ловко кинул картошку в кастрюлю, уже почти полную.
- Тогда заканчивай и спать ложись. И не вздумай барину на глаза попадаться, если признаваться не хочешь.
- Так если его никто не встретит он сердиться будет. - еще одна картошина полетела в воду.
- Если его встретишь ты - он еще больше осерчает.
- Это точно… - вздохнул паренек.
Варвара села на лавку, подперев голову рукой.
- Как же мы без управляющего то? Хоть и правильно Владимир Иванович немца рассчитал, а все одно хозяйство без присмотра осталось.
- Пока поживем так, а потом барин нового найдет.
- Когда ему искать то? Вон носится как оглашенный по окрестностям, ищет кого-то. Кого и потерял никак не пойму.
Данька только хмыкнул.

Владимир приехал в городской дом, наскоро вымылся, переоделся и вышел в душную петербургскую ночь. Даже возле Невы не было свежо. Столица навалилась тяжелым овчинным тулупом, перестала радовать. Он не знал сколько простоял, глядя на воду, когда почувствовал терпкий запах духов. Обернувшись, увидел смеющиеся глаза Ольги.
- Что вы там увидели такого интересного, барон?
Владимир улыбнулся в ответ. - Вспоминал вас.
- Неужели вы еще помните о моем существовании? - Ольга кокетливо опустила глаза.
- Разве вас можно забыть? - вопросом на вопрос ответил Владимир.
Ольга картинно вздохнула и пожала плечиком, бросив на него взгляд из под ресниц. Владимир подошел к ней вплотную.
- Если вы не против, я приглашаю вас посетить мой дом и освежить наши воспоминания.
Чувственные губы сложились в томную усмешку. - Ах, какой вы проказник, барон!

Владимир помог Ольге снять накидку и усадил на диван в гостиной.
- Вина? - вежливо осведомился он.
- Вы знаете мои вкусы. - улыбнулась Ольга, встряхивая пышной гривой вьющихся волос.
- Значит, вина. - произнес Владимир, протягивая ей бокал.
Они молча пили терпкую жидкость, изучая друг друга. Владимир удивлялся сам себе - он не хотел ее. Странно. Эта красивая женщина всегда вызывала в нем желание, стоило лишь взглянуть в ее зеленоватые глаза, и ему сразу хотелось большего. Владимир пытался вспомнить как это - чувствовать под ладонью ее рыжеватые мягкие волосы, но тут же огнем ожгло воспоминание о невесомых волосах Даньки.
Барон залпом выпил бокал вина и с трудом удержался от того, чтобы швырнуть тонкий хрусталь в дальнюю стену. Ольга заметила перемену в его настроении и расслабленно откинулась на спинку.
- А ты изменился, Владимир. Надеюсь, я все еще могу говорить тебе ты?
- Изменился? В чем?
- Пока не знаю. Просто чувствую, что ты стал другим. Ты же не хочешь меня. - она смотрела на него из-за бокала. - Да, барон, вино у вас всегда было отменным.
- Я надеюсь, что ты не обидишься на меня. Я сегодня что-то не в духе.
- Я вижу. Налей мне еще.
- Да, конечно. - Владимир вновь наполнил ее бокал, а себе налил бренди.
- Надеешься, что если напьешься - забудешь ее?
- Кого ее?
- По-моему, ты влюблен.
- Влюблен… - Владимир опять вспомнил прелестную девушку на берегу и вздохнул.
- Надо же, ты в самом деле влюблен. - Ольга усмехнулась и покачала головой.
- С чего ты взяла?
Она села вплотную к нему. - С того, что ты стал совсем другим. В твоем сердце нет больше места для других женщин, только для нее. - девушка провела ладонью по его груди.
- Вот видишь, ты абсолютно спокоен, а ведь раньше ты бы уже целовал меня. Помнишь?
- Ольга, я правда не могу. Не знаю, что со мной.
- Зато я знаю. - она улыбнулась. - Вот что, барон, вам необходимо хорошенько выспаться, а потом поехать к ней.
- К кому, к ней? - устало спросил Владимир. - Нет никакой ее. Я даже имени ее не знаю. Видел всего один раз.
- Она красивая? - осведомилась Ольга слегка ревнивым тоном.
- Да… очень… - выдавил Владимир. Он посмотрел ей в глаза и поправил пушистые волосы. - Очень красивая. - повторил он.
- Оленька… - барон мягко прикоснулся поцелуем к нежным губам, пытаясь разбудить собственное тело.
Ольга мимолетно ответила и отстранилась. - Владимир, не надо. Неужели ты думаешь, что я не знаю что ты чувствуешь? Ты же не хочешь.
- Такого со мной еще никогда не было. - пробормотал барон.
- Ты просто еще никогда не влюблялся.
- Да уж, угораздило меня. - Владимир вздохнул. - Спасибо, Ольга.
- Всегда пожалуйста. - она улыбнулась. - Проводи меня. И спасибо за вино… и за поцелуй.
Владимир улыбнулся и поцеловал ей руку.

Господи, как она устала! На сколько еще ей хватит терпения? Сколько еще можно будет скрывать правду?
Анна нырнула и попыталась достать дно. Прикосновение ледяной воды обожгло кожу, и она устремилась наверх. Тонкое тело до пояса выметнулось из воды и с плеском ухнуло обратно, по тихой заводи пошли круги.
"Будешь так плескаться - кто-нибудь заметит." - укорила она себя и медленно поплыла к берегу. Как не хотелось возвращаться в поместье, опять надевать личину молчаливого подростка. Только здесь в редкие рассветные часы она позволяла себе побыть самой собой - Анной, прелестной молодой девушкой, недавно встретившей свою восемнадцатую весну.
Она плеснула в лицо водой и запустила пальцы в короткие мокрые волосы. "Нужно собраться с духом и признаться барину. Может он не будет сильно сердиться на нее за ложь, если узнает правду. А если он прикажет ей возвращаться, то так тому и быть. Хотя для нее будет лучше, если он убьет ее, чем вернуться в родной дом, вернее в то, что от него осталось."
Примерно такие мысли бродили по белокурой головке, пока девушка становилась мальчиком. Мешковатая одежда скрыла точеную фигурку, расчесала, а потом взъерошила волосы, чтобы они упали на лоб спутанной копной. Посмотрела в воду вместо зеркала - на нее смотрел мальчишка лет четырнадцати-пятнадцати - не больше, тощий, нескладный подросток.
Вздохнула еще раз и побежала по лугу в сторону дома.

Владимир вернулся в поместье уже ближе к полудню. Он долго вертелся в кровати после ухода Ольги, все обдумывал неожиданное открытие. Сон не шел. К тому же, как назло, вновь вспомнился этот мальчишка. Владимир даже зубами заскрипел от злости. Мысли о Даньке все чаще посещали его, вызывая глухое раздражение. Раздражение на себя. Он поймал себя на мысли, что хочет вновь ощутить под пальцами его волосы, расчесать спутанные пряди, откинуть их со лба и рассмотреть повнимательнее его лицо, долго-долго смотреть в глаза, странно меняющие цвет. "Ты еще и цвет глаз заметил?!" - ядовито осадил он себя. Усилием воли вызвав в памяти другой образ, он погасил свою злость. Прекрасная русалка занимала его не меньше, к тому же думать о ней было намного приятнее, чем мучиться от непонятной тяги к мальчишке.

Варвара хлопотала на кухне, готовя начинку для пирожков. Данька взял нож, пристроился за столом и стал аккуратно резать лук тонкими колечками.
- Знаешь, Варя, я все решил. Скажу правду барину, когда он снова приедет.
- Давно пора. - Варвара согласно кивнула головой. - Хватит тебе уже скрываться.
- Все равно боюсь я, Варя. А вдруг он не поверит мне?
- Господи, да отчего же не поверит? Обязательно поверит! Еще и придумает как бы спрятать тебя понадежнее. Скоро ведь этой одеждой никого не обманешь.
Данька шмыгнул носом и провел рукавом по щеке, на коже остался темный след.
- И где ты вечно успеваешь вымазаться?
- Да я специально печку рукавом обтер.
- Думаешь, что если чумазым будешь, не признает никто?
- Не знаю. - снова шмыгнул Данька.
- Чего опять ревешь? - напустилась на него кухарка.
- Так лук я режу, Варя. И не реву я вовсе.
Варвара внимательно посмотрела на мальчика. - Боишься то чего?
- Варя, говорят, что наш барин…
- Что барин?
- Что до девок охоч он … правда это?
- Не бойся, еще никого против воли не тронул. - Варвара укоризненно покачала головой. - К тому же вольная ты.
- Такая воля хуже крепости. Что мне с этой воли? Знаешь сама, что со мной будет.
- Ох, горюшко ты мое. - кухарка ласково пригладила светлые волосы. - Чему быть, того не миновать. Расскажешь правду барину, глядишь и поможет тебе. Ты ведь красавица, каких поискать, неужто отдаст тебя старику на забаву?
- Ты же знаешь как барин относится ко мне. Что ни сделаю - все не так. Может рад будет избавиться от меня.
- А про это ты не думай! Как бы он к тебе не относился, все же человек он хороший. Нет, не выдаст он тебя.
Данька обречено кивнул и высыпал нарезанный лук в миску.
- Тебе еще чего нибудь нужно, Варя?
- Да, яйца принеси.
- Сейчас. - Данька взял корзинку и пошел на двор.

В хлопотах по хозяйству день незаметно пролетел, теплые летние сумерки быстро сменила не менее теплая ночь. Владимир сидел в библиотеке, смотрел в пустоту и решал чем заняться. Ольга, конечно, дала хороший совет, вот только выполнить его будет затруднительно. Придется спрашивать Варвару, уж она то всех в деревне знает. В дверь тихонько поскреблись. Владимир недовольно вскинул голову, ожидая, кого еще принесла нелегкая.
В приоткрытую дверь тихо просочился Данька и потупившись застыл на пороге.
- Чего тебе? - сердитый тон голоса не оставлял сомнений в настроении хозяина.
Мальчик глубоко вздохнул и произнес не поднимая глаз. - Барин, мне… вам… сказать надо…
- Говори и уходи. - резко бросил Владимир, откидываясь на спинку кресла. Он с все возрастающим раздражением смотрел, как подросток переминается у двери. - Что ты хочешь мне сказать?
- Я… - Данька сжал кулаки, - я…
- Что ты заладил я… я! Говори четче! - рявкнул Владимир. От этого окрика из голубых глаз брызнули слезы. - И чего ты ревешь? Как девчонка, ей Богу. - теперь голос барина был насмешлив.
- Так я и есть… - прошептал Данька, не договорив фразу до конца.
Владимир лениво поднялся и подошел к нему. - Очень занимательная выдумка. - саркастически усмехнулся он.
- Это не выдумка, барин.
- Нет? - Владимир все так же ухмыляясь положил руки на плечи Даньки, ощутив их хрупкость, и повел по груди вниз. - Если ты НЕ мальчик, то у тебя должно быть… - он осекся, почувствовав под ладонями упругую мягкость, улыбка сошла с лица, через секунду он отдернул руки, словно ожегшись.
Данька залился румянцем, еще ниже опустив голову, Владимир стоял рядом, не зная что сказать. Только что он узнал новость, которая огорошила его - Данька в самом деле НЕ БЫЛ МАЛЬЧИКОМ! Барон пребывал в шоке от этого известия. Собравшись с мыслями он выдавил - Как твое имя?
- Анна. Анна Платонова.
- Что? Но ведь… ты же… утонула… - растерянно пролепетал Владимир.
- Нет, я жива. - она впервые подняла на него глаза.
"Господи, где были мои глаза? Девчонка! И какая! Корф, я вас поздравляю, вы слепой болван! Как можно было принимать ее за мальчишку?" Владимир жадно разглядывал нежное личико, поражаясь собственной слепоте. Этот нежный овал лица, тонкие черты, бархатистая кожа никак не могли принадлежать мальчику, пусть даже и в нежном возрасте. А руки! Тоненькие запястья, узкие ладони, длинные пальцы. Эти руки не были созданы для грубой работы, но тем не менее ловко с ней справлялись. Барон со стыдом вспомнил свои приказания оседлать и вычистить лошадь. Это от его приказов на нежных ладошках появились мозолинки и свежие ссадинки.
- Садись и рассказывай. Я хочу знать, почему ты мне не сказала сразу. - Владимир укоризненно смотрел на нее.
Анна пожала плечами. - Все должны были думать, что я мальчик. А если бы вы относились ко мне по другому, то другие могли догадаться.
- Кто еще знает?
- Варвара и… Сычиха. - последнее имя девушка прошептала, ожидая гнева барина.
- Так, так… - протянул Владимир. - А Сычиха то откуда знала?
- Это она меня нашла.
- Я хочу знать всю историю. - барон присел напротив, готовясь слушать.
- После смерти родителей, меня стал воспитывать опекун Ортов Дмитрий Сергеевич. Он был хорошим, только…
- Только, что? - подбодрил ее Владимир.
- Он стал играть… много…
Владимир понимающе кивнул.
- А потом у нас появился Забалуев Андрей Платонович. Дядя сказал, что это его друг, и что он поживет у нас. - Анна зажмурилась, подбирая слова. - А потом дядя упал с лестницы. Доктор сказал, что он сломал шею. - девушка всхлипнула.
Владимир протянул ей платок.
- Спасибо. - Анна вытерла слезы. - А потом… Андрей Платонович сказал, что дядя крупно ему проиграл, и что поместье теперь принадлежит ему… и… я тоже… - она не смотрела на барона, заливаясь мучительной краской стыда.
- Сколько тебе тогда было?
- Четырнадцать. - прошептала Анна.
А что потом? - Владимир почувствовал ревность и ненависть настолько сильную, что будь сейчас Забалуев здесь - он убил бы его голыми руками.
- Потом… он сказал, что если я буду себя хорошо вести, то моя жизнь будет такой же как и при Дмитрии Сергеевиче. Если же нет - он запорет меня до смерти и не посмотрит, что я вольная. Ведь теперь он стал моим опекуном.
- Что? Как это? - не понял Владимир.
- Мне Иван Иваныч объяснял, только я не совсем поняла. Я осталась единственной наследницей и было сделано так, чтобы поместье нельзя было продать, пока я жива и в возраст не вошла. И дядя оформил опекунство на Андрея Платоныча, когда проиграл…
- Значит он владеет им незаконно? И еще у него есть права на тебя… - Владимир хмыкнул. - А дальше?
- Дальше… он однажды… стал обнимать меня… в кабинете. Там на столе лежал камень для бумаг…
- Пресс-папье? - переспросил барон.
- Да. Я не знаю как он оказался у меня в руке… я ударила его со всей силы… он упал… Я выбежала из дома… бежала куда-то, сама не знала куда… Не знаю, как оказалась у реки, потом вроде оступилась и упала в воду. - Анна замолчала, снова вспоминая тот день.
Владимир ободряюще улыбнулся. - А потом?
- Я очнулась уже в избушке Сычихи. Она выходила меня. Сказала, что я сильно поранилась в реке. Это правда, у меня до сих пор шрам на спине остался. Приходил Иван Иваныч, рассказывал новости, что Забалуев ищет меня по всему уезду, он еще заявил, что я обокрала его. Так что меня еще исправник искал. - Анна немного помолчала и продолжила. - Когда я поправилась Сычиха и барон меня спросили, что я буду делать, а я совсем не знала куда мне идти. Забалуев бы не отступился, и к тому же он сильно разозлился за то, что я ударила его и сбежала. Я тогда в сердцах сказала, что не хочу быть девочкой, и Сычиха так странно на меня посмотрела. Потом они долго разговаривали с Иваном Иванычем, что-то обсуждали, я не слышала. А потом… потом барон мне предложил пожить какое-то время у него в поместье крепостным мальчиком, пока все не утихнет. И я согласилась…
- Почему? Неужели не было другого выхода? - возмутился Владимир.
- Нет, барин, не было. И сейчас, если он узнает, что я жива, он потребует, чтобы я вернулась… и… - Анна замолчала, пытаясь сдержать слезы. - Хоть от поместья сейчас мало что осталось, но и эта малость приносит какие-то деньги, а от денег Андрей Платоныч никогда не откажется.
Анна молча сидела, ожидая его решения, а Владимир лихорадочно искал выход из этой ситуации. Относиться как раньше он к Даньке не сможет, зная теперь правду, а открыть эту правду всем - значило сразу же лишиться его… и ее.

Владимир медленно выпрямился. - Вот что… завтра же увезу тебя в Петербург. До завтра останешься Данькой. В Петербурге станешь самой собой. Хотя нет…
Анна с тревогой посмотрела на замолчавшего барона. Она не понимала, что он хочет сделать, зачем вообще хочет увезти ее отсюда. Поездка в столицу страшила ее, все же поместье за эти четыре года стало родным, тут и Варя, а там… кто поможет, поддержит, посоветует?
- Нельзя тебе открывать свое имя. - продолжил Владимир после короткого раздумья. - Если Забалуев узнает, он наверняка приложит все усилия, чтобы тебя вернуть. А я не смогу ему помешать… пока не смогу… Надо придумать тебе новое имя… - Барон внимательно посмотрел на Анну. - Ступай пока. Выспись хорошенько. Завтра с утра поедем.
Анна поклонилась, - Спасибо, барин. - и уже Данька выскользнул за дверь.

Всю ночь Анна не сомкнула глаз, несмотря на приказ барина. Она все думала о предстоящей поездке и своей судьбе. Что она будет делать в столице? А если ее узнают? Да и поведение барона с трудом поддавалось пониманию. Эта резкая перемена в отношении к ней пугала ее не меньше перспективы вернуться в поместье, где теперь хозяйничал Забалуев. Ей легче было выносить его ненависть, чем такое внезапное участие. Она попросту не знала как себя вести.
Рассвет еще только занимался, Данька с тоской посмотрел в окно на привычный двор. Идти купаться сейчас было сущим безумием, оставалось надеяться, что когда-нибудь он снова вернется сюда. Анна настолько срослась со своей скорлупой, что даже думала о себе как о мальчишке. Растопленный самовар чуть слышно зашумел, Варвара, позевывая, вошла в кухню.
- Чего соскочил в такую рань? Поговорил с барином?
- Да. - вздохнул Данька. - Он увозит меня в Петербург.
- Это-то зачем? Чем тебе здесь плохо?
- Не знаю я, Варя. Барин мне ничего не объяснил. Сказал только, что придумает мне другое имя и увезет в город.
- Имя другое? Ничего я не понимаю.
- Ну да. Он считает, что мне пока рано открывать свое настоящее имя.
- А, так Владимир Иванович хочет, чтобы ты снова девушкой стала?
- Ну да. А я что, не сказал?
- Нет, вот об этом ты промолчал. Боязно небось?
- Еще как. Я не понимаю, что мне говорить, как себя вести с ним. Он сначала накричал на меня, а когда узнал все - стал ласковым. - Данька жалобно посмотрел на кухарку.
- Тебе то чем плохо? Обидел тебя, когда узнал что ты девица?
- Нет, просто… тревожно мне, Варя.
- Не тревожься понапрасну. Когда уезжаете то?
- Сегодня утром.
- А вещи собрала?
- Да, все равно не спалось. Варя, как я без тебя буду?
- Ну не навсегда же расстаемся. Может в столице приглянется тебе кто-нибудь, замуж выйдешь и будешь под защитой мужа жить. Глядишь и позволит барин нам свидеться.
- Ох, Варя, да кто ж меня возьмет без приданого?
- Ты в зеркало девка давно смотрелась? И без приданого возьмет, коли полюбит. А без любви и жизни не будет.
- Да есть ли она вообще - любовь то? - Данька покачал льняной головой.
- Есть, Аннушка, есть. - ласково проговорила кухарка, потрепав светлые волосы. - Встретишь ты еще своего единственного.
Их беседу прервал вошедший Владимир. - Собрался? - сурово спросил он мальчика.
- Да, барин. - привычно прошептал Данька, опуская голову.
- Тогда поехали.

Во дворе стояла запряженная коляска, Данька ловко забрался на козлы и взял вожжи, ожидая когда барин выйдет из дома. Полина с довольной ухмылкой наблюдала за приготовлениями к поездке. Она знала как Владимир относится к нему и была рада, что подросток получит еще один нагоняй, а скорее всего не один. Наверняка барин берет его с собой, чтобы было на ком зло срывать. В последнее время он стал каким-то нервным.
Владимир недовольно поджал губы и запрыгнул в коляску. - Трогай! - скомандовал он и развалился на сиденье.

Едва поместье скрылось из вида, Владимир приказал остановиться, и сам взял вожжи.
- Барин, если увидит кто - не поймут. - впервые попробовал возразить Данька.
- Залезай в коляску и сиди тихо. - строго приказал барон. Данька со вздохом подчинился.

Владимир всю дорогу думал, как бы ввести Даньку в дом так, чтобы не догадались слуги. Превращения мальчика в девушку не должен был наблюдать никто. В поместье он скажет, что продал мальчишку, а в городском доме о его существовании и знать не должны.
- Барин… - услышал Владимир тихий голос за спиной.
- Чего тебе? - раздраженно бросил он.
- Вы ведь хотите, незаметно меня провести в дом. Да? - Владимир кивнул, подивившись про себя его догадливости. - Может в сундуке? - робко предложил Данька.
- Нет, нельзя тебе еще в доме появляться. Поедем к одной моей знакомой, там переоденешься и в дом войдешь как положено.
Владимир довольно улыбнулся своей выдумке. Он был уверен, что Ольга поможет по старой дружбе и не выдаст тайну Даньки.

Ольга вышла к ним в утреннем платье, декольте открывало соблазнительную грудь. Владимир в который раз залюбовался ее фигурой, но теперь это было просто восхищение красивой женщиной, былое вожделение перегорело. Сейчас даже не верилось, что они когда-то были любовниками, страсть переродилась в дружбу. Рыжеволосая красавица внимательно оглядела странную парочку - высокий статный барон придерживает за плечо худенького нескладного мальчишку.
- Доброе утро, - приветливо поздоровалась Ольга. - Кто это с тобой, Владимир?
- Доброе утро. - склонил голову молодой человек. - Мне нужна твоя помощь.
- Какая? - Ольга заинтересованно склонила голову набок. Анна почувствовала болезненный укол в сердце, видя как нежно Владимир смотрит на эту женщину.
- Вот из этого мальчика надо сделать девочку. - улыбнулся Владимир, слегка сжав плечо Даньки.
- Ты в своем уме? Я не могу исправлять ошибки природы. - пожала плечами Ольга.
- Нет никакой ошибки - я неправильно выразился. На самом деле это девушка. Ее надо переодеть. Поможешь?
- Только если ты мне расскажешь всю историю.
- Расскажу, конечно. Если ты пообещаешь мне молчать.
- Ты знаешь, что мне можно доверять. Иначе бы не приехал. Так ведь?
- Ты как всегда проницательна. Сначала дело - разговор потом. Ладно?
- Ну, хорошо. - нехотя согласилась красавица. Ее мучило любопытство.
Владимир немного подумал, - Ольга, пусть Анна поживет у тебя пару дней, пожалуйста. Мне надо обратно в поместье, управляющего я рассчитал, надо найти нового. Ко мне обратились несколько человек, хочу с ними встретиться, посмотреть рекомендации. А то все хозяйство развалится.
- Дай вам палец, барон, вы руку по локоть отхватываете. - улыбнулась Ольга. - Конечно, можно. Я могу вывести ее в свет?
- Лучше не надо. Я приеду и сам займусь этим.
Анна с ужасом почувствовала, как тяжелая рука барона, придававшая ей уверенности, покинула ее плечо и подтолкнула в направлении хозяйки дома.
- Пойдем, дорогой. - Ольга протянула руку. - Пока ты в этой одежде, я буду считать, что ты мальчик. - Данька на неверных ногах двинулся по направлению к ней. - Я не обижу тебя, иди, не бойся.
Данька оглянулся на барина, и у Владимира сжалось сердце от его испуганного взгляда.
- Я приеду через пару дней, - ободряюще улыбнулся он. Ольга насмешливо покачала головой и увела Даньку из комнаты. Владимир постоял еще немного и вышел.

- Как тебя зовут? - спросила Ольга, когда они вошли в спальню.
- Данька… то есть… Анна - Ольга расхохоталась, видя ее смущение.
- А меня Ольга. Да ты раздевайся, не стой столбом. Сейчас вымоешься с дороги, а я пока посмотрю, что тебе из одежды подойдет. - она полезла в шкаф.
Анна медленно снимала с себя одежду. Ольга обернулась, когда Анна осталась в одной рубашке.
- Господи, какая ты красавица! - неподдельно восхитилась она. - И такую красоту прятала? Глупышка!
Анна зарделась от смущения.
- Еще и скромная! Владимиру настоящий клад достался, только он еще не знает об этом. - смеялась Ольга. - А сейчас в ванну. Все уже готово!

После ванны Анна надела сорочку, в гардеробе Ольги не оказалось платья ее размера.
- Какая ты тоненькая, все тебе будет велико. - восхищенно сокрушалась девушка. - Ну ничего, пригласим портниху и к приезду Владимира пара платьев у тебя будет. Потом он еще тебе закажет.
- Не думаю, что барон будет заботиться обо мне. - покачала головой Анна. Она уже рассказала свою историю Ольге, вызвав ее живейшее сочувствие. Хотя Ольга была ненамного старше Анны, она тут же взяла ее под свою опеку.
- А я думаю, что будет. - пропела Ольга, лукаво сверкнув глазами. - Не бери в голову, если он не будет тебе помогать, то этим займусь я. Да, а что там с твоим новым именем?
- Не знаю. - Анна пожала плечами.
- А что если… Анастасия… Как тебе? И на твое имя похоже, и в то же время если не знать - нипочем не догадаться.
- Мне нравится. - Анна несмело улыбнулась.
- Вот и славно! - Ольга захлопала в ладоши. - Теперь ты моя крестница.

"Она еще совсем ребенок, а уже столько пережила. И где-то же коптит небо старый похотливый козел, имеющий на нее все права. Надо подыскать ей приличного мужа, жаль конечно, что у девочки приданого нет, но это не великая беда. Такую красавицу возьмут и без приданого. Ей нужен надежный, богатый, в меру красивый мужчина, чтоб за ним как за каменной стеной. Надо подумать над кандидатами." - Ольга готовилась ко сну, размышляя о девушке, сладко спавшей в гостевой спальне. Суматошный день совсем утомил ее.
Анна напоминала Ольге маленького напуганного котенка, которого так и хочется приласкать. Она была уверена, что Владимир теперь примет самое живое участие в судьбе девушки, но не хотела пускать все на самотек. Ольга как то по особенному относилась к Владимиру, когда-то он был ее любовником, и с тех пор она немного ревновала его к другим женщинам. Но она отдавала себе отчет, что Владимир уже не будет с ней, да и не слишком к этому стремилась. Они расстались без скандала, без надрыва, и до сих пор сохранили отношения подозрительно похожие на дружбу.
Ольга улыбнулась высокой рыжеволосой девушке в зеркале, пожала красивыми полными плечами и забралась в постель. Она очень хотела посмотреть на лицо красавца-барона, когда он увидит какое сокровище жило все это время в его доме.

Владимир вернулся в поместье, посмотрел рекомендации всех кандидатов и выбрал одного. Добрынин Леонид Григорьевич, служил ранее у князя Потоцкого, но после смерти старого князя не поладил с молодым, и теперь искал новое место. Владимир был знаком с молодым князем Игорем Потоцким - редкостным хамом и мерзавцем, поэтому его нелестные рекомендации были для него лучшим доказательством порядочности. Встретившись с новым управляющим, он убедился в своей правоте. Леонид Григорьевич был нестарым еще мужчиной, немного полноватым, но серые глаза смотрели ясно и твердо из-под густых бровей. Темно-русые волосы чуть курчавились, придавая ему слегка задорный вид. Немного побеседовав с ним, Владимир понял, что дело свое новый управляющий знает, и с легким сердцем оставлял на него хозяйство.
Конечно за день полностью ввести его в курс дела Владимир не мог, да и никто бы не смог. Они только просмотрели расчетные книги, да барон показал свои владения. Едва начав изучать книги, Леонид Григорьевич укоризненно покачал головой, - Ну и шельма был ваш Карл Модестович, Шуллер одним словом. Они оба улыбнулись этой шутке.
Владимир чувствовал, что теперь поместье в надежных руках. Ему нравилось, как новый управляющий приступил к делу, не торопясь, основательно, но тем не менее споро разобрался в хитросплетениях дел.
Сняв с себя груз этой проблемы, Владимир решил заняться поисками таинственной русалки. Во всяком случае хотя бы выяснить ее примерное местонахождение.
Варвара как обычно хлопотала на кухне, увидев вошедшего барина она не удержалась от расспросов о Даньке.
- Барин, вернулись так быстро, а Данька где же? В городе остался?
- Продал я его. Толку от него чуть. - Владимир увидел, как побледнела кухарка.
- Неужто продали? Господи, как же это… - прошептала женщина и без сил села на лавку.
- Варя, Варя, успокойся. - испугался барон. - Нету больше Даньки, все должны думать, что я его продал.
- А Анна где, барин? Что с ней? - Варвара так беспокоилась, что схватила его за руку.
- Она гостит у одной моей знакомой. Не волнуйся, все с ней в порядке. Завтра поеду, заберу ее.
- Вы сюда ее привезете? - с надеждой заглянула она ему в глаза.
- Нет, сюда пока не привезу. Мало ли, узнает кто.
- И то правда. - облегченно выдохнула Варвара, выпуская руку барина. - Ох, барин, напугали вы меня.
Владимир улыбнулся. - Я не хотел. Скажи мне, Варя, ты же всех в деревне знаешь?
- Ну… да, а что случилось?
- Случилось? Да ничего не случилось, просто ищу я одну девушку.
- А звать ее как?
- Если б я знал. Знаю только, что она очень красивая.
- Красивая? - Варвара задумалась. - У нас много красивых. Ну хоть волосы какие, глаза.
Владимир поднял глаза к потолку и вздохнул. - Ладно, забудь.
"Волосы… Глаза… Если б я знал… Но какое тело… Черт, все бы отдал, лишь бы встретиться с ней еще раз. Ладно, разберусь с Данькой, то есть Анной, потом вернусь. Все равно найду ее. Я не я буду, но она будет моей."

Ольга присела на кровать, наблюдая как Анна расчесывает волосы.
- Платье уже доставили, к обеду будет еще одно. Примерь.
Анна несмело прикоснулась к шелковистой ткани и подняла на Ольгу сияющие глаза. - Какое красивое.
- Одевай. - улыбнулась Ольга. - Ты еще красивых не видела.
Нежно-голубое платье обняло тоненькую фигурку, очертило грудь, подчеркнуло талию. Ольга сокрушенно вздохнула.
- С волосами ничего не сделать - нужно ждать пока отрастут. Ну зачем ты так коротко их остригла?
Анна опустила глаза, она не хотела говорить, что волосы только отрасли после последней злой шутки Владимира.
- Не надо прятаться. И голову не опускай. - командовала Ольга. - Дай-ка мне.
Она забрала гребень из тонких пальчиков Анны и зачесала волосы назад. Они упали мягкой волной, не достав плеч.
- А они у тебя не так уж и коротки. Вот, сейчас хоть на девушку похожа. - Ольга довольно улыбнулась, оглядывая Анну. - Представляю, как удивится Владимир. Ну что ты! - воскликнула она, увидев, как поникли хрупкие плечи.
- Я очень боюсь.
- Кого, Владимира? Глупости!
Анна только вздохнула.
- Не бойся! Во всяком случае - не показывай ему, что боишься. Голову выше! Вот так. И помни - ты очень красивая. А красота - наше неотразимое оружие. Вот подожди, выведем тебя в свет - отбоя от кавалеров не будет. Надо подыскать тебе мужа.
- Ольга, я не хочу замуж. Я не хочу выходить в свет. А вдруг меня узнают?
- Если будешь так себя вести - обязательно узнают. Тебе надо стать неприступной роковой красавицей, разбивающей сердца, тогда в тебе никто не узнает прежнюю маленькую Анну. Поверь мне.
- Но как? Я не смогу.
- Сможешь, Анна. Я тебя научу.
- Ольга, ты такая и есть. Ради тебя мужчины наверное готовы на все. А я…
- Это в тебе еще Данька говорит. Забудь о нем. Забудь об Анне. Теперь ты Анастасия. Вот фамилию тебе мы не придумали, может Владимир что посоветует. Представь, что ты княжна. Играла же ты роль мальчика, сыграешь и княжну. Начнем прямо сейчас.
- Хорошо. - покорно выдохнула Анна. Она не могла противиться неуемной энергии новой подруги.

Владимир вошел в гостиную и приготовился ждать. Ольга никогда не появлялась сразу, она любила помучить визитера некоторым ожиданием. Молчаливый лакей принес ему бокал вина и сказал, что хозяйка сейчас спустится. Барон не выпил еще и половины бокала, когда Ольга вошла в гостиную.
- Доброе утро, барон.
- Доброе утро, Ольга. - поцеловал ей руку Владимир.
- Барон, разрешите вам представить мою подругу Анастасию. - Ольга внимательно смотрела на лицо барона.
Владимир слегка склонил голову, приветствуя девушку в голубом платье, вошедшую в гостиную вслед за Ольгой. Девушка вежливо поклонилась и взглянула ему в глаза. Владимир внезапно почувствовал, как внутри все замерло, предательски ослабли колени, задрожали пальцы. Ему казалось, что именно о ней он грезил, ее искал всю жизнь, пытаясь разглядеть во множестве женщин, побывавших в его постели. Скромное платье едва приоткрывало небольшую высокую грудь, тоненькую талию можно было обхватить двумя пальцами, нежная кожа щек, приоткрытые розовые губки, прекрасные темно-голубые глаза и шелковые светлые волосы. Владимир не дыша смотрел на девушку, пытаясь не упустить ничего, запомнить ее внешность как можно подробнее.
- Сударыня. - сумел произнести он непослушными губами. Девушка изящно протянула ему руку, к которой он тут же припал губами, как страждущий к воде. Кожа на ее руке была похожа на тонкий атлас, но на узкой ладошке он почувствовал уплотнения. Недоуменно перевернул маленькую ручку и все понял. - Анна? - он изумленно посмотрел ей в глаза.
- Анастасия, - спокойно поправила она, хотя прикосновения его рук и губ отозвались в ней сладкой истомой. Никогда прежде он не прикасался к ней так нежно, не смотрел таким взглядом.
- Анастасия, - повторил он, поглаживая ее ладонь. Анна смерила его насмешливым взглядом и убрала руку.
- Вы забываетесь, барон. - вздернула она подбородок.
- Я прошу прощения. - тут же поклонился Владимир.
Ольга была довольна произведенным эффектом. Она внимательно наблюдала, как барон отреагирует на такое перевоплощение. Сначала он не узнал девушку, но был покорен ее внешностью. Ольга видела, как он застыл, не отрывая глаз от Анны, как загорелись его глаза. Потом он все же узнал ее, что там у нее с руками? Но это изумление дорогого стоило. Такого удовольствия Ольга не получала уже давно. Шутка удалась на славу.

Ольга подошла к Анне и взяла ее за руку.
- Что это? - к ее ужасу нежную ладошку уродовали мозоли. - Что ты делала?
- Работала. - пожала плечами Анна.
Ольга гневно воззрилась на Владимира и покачала головой, без слов говоря, - Как ты мог это допустить?
Вслух же она произнесла. - Выход в свет придется отложить минимум на две недели. Если кто-нибудь увидит ЭТО, вся наша легенда пропадет.
Анна против воли довольно улыбнулась, на что Ольга незамедлительно отреагировала. - Ты, душенька, не обольщайся. Эти две недели ты будешь входить в образ. За две недели я сделаю из тебя не то что княжну - принцессу.
- Какую княжну? - удивился Владимир.
- Княжну Анастасию, фамилию я думаю ты подберешь? Какую-нибудь не слишком известную.
- А, так это твоя задумка? Что же она неплоха. - он еще раз окинул взглядом стройную фигурку новоиспеченной княжны. - Анастасия Искрицкая. Нравится?
- Но это не княжеский род! - свела брови Ольга.
- Все княжеские рода на виду, дорогая. - возразил Владимир. - К тому же род этот, хоть и нетитулованый, но достаточно древний. Да и меньше будут копаться в родословной. Признайся, ты бы первая стала наводить справки, если бы в свете появилась какая-то неизвестно откуда взявшаяся княжна?
- Хорошо, в этот раз ты меня убедил. Но Анна останется у меня.
Владимир отрицательно покачал головой. - Нет, она поедет со мной.
- Барон, вы несносны! - тряхнула волосами Ольга. - Неужели вы хотите скомпроментировать бедную девушку еще до выхода в свет?
- И чем же, позвольте спросить, вызвано такое мнение обо мне?
- Вы прекрасно знаете, чем. - улыбнулась Ольга. - Никто не поверит, что вы спокойно выносили соседство такой красавицы. Вы нам так всех женихов распугаете.
- Каких женихов? - тут же прищурился Владимир.
- Обыкновенных. Анну надо побыстрее выдать замуж.
- Кто это решил? - барон начал закипать.
- Я думаю, что так будет лучше для всех. Анне нужна защита, а замужество естественным образом переведет ее под опеку мужа, и этот господин Забалуев, кажется, ничего не сможет сделать, даже если правда откроется.
Ольга успокаивающе улыбнулась Анне. - Не волнуйся, у нас все получится.
- Но я в самом деле не хочу замуж. - Анна нервно сжала руки и опять превратилась в напуганную девчонку.
- Анна, не забывай о том, что я тебе говорила. - Ольга твердо приподняла ей подбородок. - Теперь ты Анастасия Искрицкая и забудь о прошлом.
Владимир осмысливал услышанное от Ольги. "Выдать ее замуж? Ну уж нет. Она выйдет только за меня." Он сам испугался своих мыслей. "Какая женитьба, Корф? Надоела вольная жизнь? Ради смазливого личика расстаться со свободой? Да она окажется в твоей постели быстрее, чем ты подумаешь об этом, стоит только поманить. Брак и любовь - удел дураков! Ты еще так молод, тебе рано жениться. К тому же на ком? На девушке, которая несколько лет жила в твоем доме под видом мальчика? Да, она свободная и красивая, но это еще не повод навсегда связать с ней жизнь." Но от мыслей, что Анна будет принадлежать кому-то другому, он пришел в бешенство. Он ревновал ее даже к призрачному сопернику. Владимир теперь не был уверен, что сможет держать себя в руках, если кто-нибудь просто прикоснется к ней, будет танцевать с ней, а уж о поцелуях он и думать боялся.
Ольга внимательно следила за бурей эмоций, пронесшихся в глазах барона, его лицо осталось бесстрастным.
"Что я вижу? Неужели барон Корф уже попался в сети этой малышки? Если так, то надо еще немного надавить и он сам будет первым кандидатом в мужья. Только вот захочет ли Анна замуж за такого самодура? Ведь он слишком часто обижал ее, пока она жила у него в поместье, пусть даже он и не знал, что она девочка." Хотя Анна и не рассказывала Ольге об отношении к ней Владимира, она сама догадалась об этом по напряженному поведению девушки в присутствии бывшего барина. "Владимир, если захочет, может быть очень милым, но сможет ли Анна принять его таким? Если мне удастся поженить их, это будет лучшая шутка в моей жизни! Что же, господин барон, держитесь!"

Анна осталась у Ольги, но Владимир проводил в ее доме неприлично много времени, наблюдая как Ольга учит Анну держаться.
Как-то вечером Анна пожаловалась, что не может выполнять указания Ольги, когда на нее смотрит Владимир.
- Анна, на тебя скоро будут смотреть разные мужчины, а ты смущаешься в присутствии одного. Так не пойдет.
- Но он все время смеется надо мной. Мне кажется, что я страшно неуклюжая и все делаю не так.
- Все ты делаешь так. А что до Владимира - добейся, чтобы он перестал посмеиваться. Очаруй его.
- Разве это возможно? - вздохнула Анна. - Он видит меня насквозь.
- Тебе это только кажется, ты все себе придумала.
Анна грустно смотрела на Ольгу. - Мне кажется, что у меня ничего не выйдет.
- Еще как выйдет! Да, совсем забыла, что у тебя с танцами?
- Ну, я училась раньше, но уже четыре года не упражнялась.
- Вот завтра и поупражняешься. Я попрошу Владимира потанцевать с тобой.
- Нет, только не его. - тут же вскинулась Анна. - Я не смогу… с ним.
- Анна, ты должна уметь держать себя в руках с любым мужчиной. Почему ты боишься Владимира? Он тебе не нравится? Или он по-прежнему обижает тебя?
- Я не знаю, - опустила голову Анна. - Просто мне не по себе, когда он на меня смотрит.
- Вот что, хватит забивать себе голову всякими глупостями, ложись-ка спать. Если ты будешь правильно себя вести, Владимир перестанет смеяться. Поверь мне. - Ольга ласково улыбнулась Анне и оставила ее одну.
Анна без сна лежала в темноте. Насмешливый взгляд барона с некоторых пор неотвязно вставал перед мысленным взором, едва стоило прикрыть глаза. Она прекрасно знала, что Владимир мог смешать человека с грязью единственным взглядом, его слова били больнее плети, иронично поднятая бровь заставляла ее сжиматься от страха, что она станет мишенью для очередной шутки. Но когда он входил в комнату внутри все дрожало от неизведанного ранее желания, теперь Анне хотелось нравиться ему, чтобы он смотрел на нее так же, как на Ольгу - с нежностью и восхищением. Увы, чем дальше, тем больше она убеждалась, что для нее у Владимира только иронично-насмешливый взгляд.

Владимир готовился к очередной бессонной ночи. Как слеп он был, теперь он сполна расплачивался за все унижения и издевательства над Данькой. Анна не могла простить ему прошлого, даже она с ее незлобивым и всепрощающим характером сжималась, когда он появлялся в комнате. Владимир не раз слышал, как она смеется вместе с Ольгой, но смех резко обрывался, едва он входил в комнату. Чем больше он видел Анну, тем больше привязывался к ней. Это чувство пугало его, он не был готов к этой сладкой боли. Все прежние его увлечения и близко не стояли рядом с нынешним. Больше всего он боялся, что она узнает о своей власти над ним и просто посмеется над его чувствами. Чтобы избавиться от наваждения, Владимир попытался вспомнить девушку, пленившую его прекрасным телом, и понял, что не может. Все мысли теперь были лишь об Анне. И, странное дело, он никогда не пытался представить ее без одежды, вдруг понял он. Анна стала для него ангелом, о котором можно лишь мечтать. И в этих мечтах не было места похоти. Все чаще в его грезах стал появляться пленительный образ в белом свадебном платье, ласково улыбающийся ему. "Анна… если бы я смог добиться твоего прощения… если бы я не вел себя как идиот раньше… если бы…"

Утром Анна пыталась убедить Ольгу, что плохо себя чувствует и отложить урок, но та была непреклонна. Мило улыбнувшись, протянула руку Владимиру для поцелуя и проворковала.
- Владимир, нам нужна твоя помощь.
- Я весь к вашим услугам. - галантно ответил барон.
- Анне нужно дать несколько уроков танцев. Поможешь?
Владимир смерил Анну взглядом и улыбнулся Ольге. - Ты же знаешь, что я не могу тебе отказать.
- Прекрасно. Начнем?
- Что прямо сейчас? - Анна судорожно вцепилась в спинку дивана.
- Не волнуйтесь так, Анна. Я обещаю, что не пророню ни звука, даже если вы отдавите мне ноги. - усмехнулся Владимир, подходя к ней.
Ольга улыбнулась и села за рояль. - Анастасия, не ведите себя как ребенок. - Анна уже знала этот тон. Он означал, что Ольга все равно добьется своего, лучше уступить. Она с замиранием сердца вложила руку в протянутую ладонь Владимира. Ольга тронула клавиши, и по комнате разлилась мелодия модного в этом сезоне вальса. Анна не поднимала глаза выше булавки для галстука, чувствуя тепло его ладони через ткань платья. Владимир уверенно вел ее в танце, позволяя Анне вспомнить движения и почувствовать ритм. Он наслаждался ощущением ее тоненьких пальчиков в своей руке, бережно, но твердо придерживал за талию. Ее близость кружила голову, сводила с ума, вальсируя, он незаметно притягивал ее к себе. Анна чувствовала, что его объятие становится все крепче и выходит за рамки приличий. Владимир опомнившись слегка ослабил хватку и тихо прошептал ей на ушко.
- Раз, два, три… Раз, два, три… - Анна не удержалась от короткого смешка, и остановилась.
- Ну что же вы, Анна? У вас почти начало получаться. - покривил душой Владимир. Она танцевала безупречно и можно было перестать волноваться на этот счет, но ему не хотелось отпускать ее.
Ольга отвернулась, пряча улыбку. Владимир не должен был догадаться о ее задумке.
- Мне кажется, что уроков на сегодня достаточно. Надеюсь, ваши ноги не пострадали? - Анна рискнула посмотреть в глаза барону.
- В прекрасно танцуете, Анна. - неожиданно ответил он, - может быть вы подарите мне еще один танец?
Не дожидаясь ее согласия, он подмигнул Ольге и снова закружил ее по комнате.
Теперь они смотрели в глаза друг другу. Анне казалось, что она спит, так нереально было видеть теплый ласковый взгляд обычно насмешливых карих глаз, а Владимир не мог насмотреться на нее, в темно-голубых глазах под робостью пряталась радость, пленительные губы улыбались. Музыка смолкла, Владимир сделал последнее па и разжал руки.
- Благодарю за доставленное удовольствие. - негромко произнес он, и в его голосе не было насмешки. Анна сдержано поклонилась.
- Ну что же, ты вполне готова к выходу в свет. - подошла к ним Ольга. - Ручаюсь, на балу ты затмишь всех. Дай-ка руку. Ну вот, гладкая ладонь. Через два дня будет бал у князя Потоцкого. Приглашения я уже достала.
- У Игоря Потоцкого? - по лицу Владимира пробежала тень.
- Да, а что тебя смущает?
- Я бы не хотел снова встречаться с ним.
- Да, он не слишком приятный человек, совсем не похож на своего отца, но у него обычно собирается весь цвет общества. Я думаю, что там Анна обязательно встретит подходящего мужчину.
Анну начинало раздражать, что Ольга все решала за нее: что ей надеть, как ходить, за кого выходить замуж, наконец. Вот и сейчас они с Владимиром беседуют так, словно ее нет в комнате.
- Извините меня, я вас оставлю. - Анна чинно вышла из гостиной. Лишь оказавшись в своей комнате, он позволила себе стукнуть кулаком по маленькому столику. Ольга опекала ее, словно ей было пять лет. Анна понимала, что она хочет сделать все как лучше, но ведь это была ее жизнь, решалась ее судьба. Все же Анна боялась обидеть Ольгу резкими словами, она приняла такое участие в ее судьбе, но видимо настала пора вмешаться. Довольно быть зрителем в собственной жизни. Мужа она выберет себе сама.

Анна восхищенно разглядывала бальное платье. Нежно розовое, расшитое жемчугом и серебряной нитью оно было восхитительно. Она чуть не задушила в объятьях вошедшую Ольгу, повторяя одно слово.
- Спасибо! Спасибо! Спасибо! Спасибо!
Ольга высвободилась и недоуменно посмотрела на девушку.
- За что? Что тебя так обрадовало?
- А… разве платье… не от тебя? - Анна изумленно отступила на шаг.
- Я в общем-то за этим и пришла. Ума не приложу, что тебе надеть.
- Тогда от кого оно? Его доставили сегодня утром. - Анна кивнула на платье, разложенное на кровати.
- Боже мой, какая красота! - Ольга прижала руки к груди. - Примерь, я хочу посмотреть как оно сидит.
Анна затаив дыхание натянула шуршащий шелк. Платье было впору, словно шилось специально для нее. Декольте открывало плечи и грудь, Анне казалось, что вырез слишком низкий и она старалась подтянуть его наверх.
- Что ты делаешь? - возмутилась Ольга. - Все просто превосходно!
- Но декольте такое…
- Какое?
- Откровенное. - жалобно закончила Анна.
Ольга от смеха упала на кровать. - Анна, перестань! Надо еще подумать что сделать с твоими волосами. Вообще-то бал-маскарад, поэтому никто не удивится, если ты будешь в парике.
В приготовлениях к грядущему выезду день пролетел, как один миг. Вечером Анна с грустью призналась себе, что скучала по Владимиру, который уехал в поместье, но обещал вернуться к балу.

Особняк встречал гостей множеством огней и музыкой. Хозяин дома стоял, небрежно облокотившись на перила широкой лестницы, ведущей на второй этаж. Он заметил вошедшего высокого брюнета и поморщился. Слишком уж он напоминал Корфа, хоть лицо было скрыто черной полумаской. Его внимание привлекли девушки, вошедшие вместе с мужчиной. В одной он тут же узнал Ольгу Калиновскую, у которой, по слухам, начинался бурный роман с цесаревичем, а вот вторая - маленькая изящная куколка с копной блестящих медных спиралек - оставалась для него загадкой, хотя он узнал всех, кто прибыл на этот бал.
Пользуясь правом хозяина дома он был без маски. Ольга глазами указала Анне на него и сообщила на ухо о его статусе. Анне он не понравился по неизвестной причине. Князь Потоцкий был недурен собой, высокий, статный блондин, но взгляд светлых серых глаз был неприятным. Почти таким же взглядом на нее всегда смотрел Забалуев, словно она лакомое блюдо, поданное к обеду.
Владимир принес им шампанского и растворился в толпе, избегая встречаться с хозяином дома. Игорь подошел к девушкам и отвесив небрежный поклон, протянул руку.
- Я хочу танцевать с вами. - Анна не успела и рта раскрыть, как он уже вовлек ее в круг танцующих.
- Вообще-то это невежливо - так обращаться с дамой. - укорила она его, когда немного пришла в себя.
- Вы мне понравились. - снисходительно улыбнулся князь. - А я беру все, что мне нравится.
- Вот как? Ну тогда должна вас огорчить - вы мне не нравитесь.
- Это неважно. Понравлюсь после. - он вывел ее в другую залу. Анна попыталась вырваться, но он крепко схватил ее за плечи. - Кто ты, малышка, я никогда прежде не встречал тебя.
- Немедленно отпустите меня! - Анна гневно сверкнула глазами.
- Не стоит так горячиться. - Игорь снял с нее маску. - А ты - красавица. Даже странно, что я не видел тебя прежде. - он провел пальцем по ее щеке, погладил ладонью обнаженное плечо.
Анна на мгновение опешила, потом тишину комнаты разорвал звук пощечины. Князь заломил ей руки и прижал к стене.
- Мне нравится, когда девушка строит из себя невинность, но никто не смеет поднимать на меня руку. - прошипел Потоцкий. - Ты поплатишься за это. Я позабавлюсь с тобой, а наутро выкину на улицу. Голой.
- Когда барон Корф узнает о ваших словах, он убьет вас. - пригрозила Анна.
- Значит, это все же был Корф. Мне жаль, он не увидит, что я сделаю с тобой. Это будет месть и ему тоже.
Он с плотоядной ухмылкой стал наклоняться к ее лицу.

Анна рванулась изо всех сил и высвободила руки. Отчаяние придало ей силы, полоснув ногтями по лицу мужчины, она выбежала за дверь.
Душный спертый воздух бальной залы комом встал в горле. От осознания пережитого в глазах темнело, ноги подкашивались. Знакомые руки поддержали ее.
- Анна, что с вами? Вам плохо? - голос барона прозвучал для нее пением ангелов.
- Я хочу домой. Пожалуйста. - взмолилась она.
- Хорошо. Поедем. - Владимир легко провел ее сквозь толпу гостей. Он заметил, что девушка была без маски и явно чем-то напугана.
Ольга недоуменно смотрела, как Владимир выводит Анну, она попыталась найти глазами хозяина дома, но в зале было столько народа, что рябило в глазах. Она не поняла в чем дело, и решила остаться, Анна все расскажет ей после. Она была уверена, что Владимир позаботится о ней.

- Анна, что случилось? - спросил Владимир, едва экипаж тронулся.
Девушка помотала головой, сняла парик и откинула голову на спинку сиденья.
- Анна, кто вас обидел? Скажите мне. - тревога звучавшая в голосе барона, заставила Анну поднять на него глаза.
- Князь… - едва слышно произнесла она, и уткнулась в ладони.
- Потоцкий… - с ненавистью выговорил Владимир. - Что он сделал? Расскажите мне, я должен знать.
- Он… - Анна из последних сил сдерживала слезы. - Он хотел… я вырвалась… и поцарапала его.
- Все ясно… опять за свое. Прошлого раза ему видимо было мало. - Владимир заскрипел зубами. Он не знал как утешить девушку, готовую разрыдаться. - Анна, не плачьте, не надо. Он не стоит ваших слез. Я вызову его на дуэль и на этот раз убью.
- Нет, прошу вас, не надо! - испуганные синие глаза двумя сапфирами сверкали в полумраке кареты.
- Он обидел вас, и поплатится за это.
- Но ведь об этом никто не знает. - Анна взяла себя в руки, вспомнив уроки Ольги, она постаралась найти доводы, которые удержат барона от безумного поступка. - Подумайте, что будет со мной. - тихо начала она. - Моей репутации точно конец, если о нашем разговоре с князем станет известно в свете.
Владимиру пришлось признать правоту ее слов. Он не мог допустить, чтобы имя Анны трепали в салонах и на приемах, пусть даже это и вымышленное имя.
- Хорошо, я ничего не буду предпринимать, но только ради вас. Хотите, пройдемся?
- Да. - Анна сама не поняла, как согласилась.
Белая ночь мягко обнимала город. Все вокруг таяло в серых дрожащих сумерках.
Владимир помог ей выйти из экипажа, легкий ветерок тут же взъерошил паутинку волос. Барон осторожно поправил накидку на ее плечах.
- А платье вам очень к лицу. Мне жаль, что я не смог потанцевать с вами.
- Это платье… от вас? - Анна удивленно посмотрела на него.
- Да, я хотел сделать вам подарок. Вам понравилось?
- Очень. Спасибо. - она опустила глаза.
- Чего бы вам хотелось, Анна? - неожиданно спросил он, после некоторого молчания.
- Не знаю. Я хочу просто покоя. Я так устала.
- От чего вы устали?
- Устала прятаться, притворяться. Не успела сбросить одну маску, как пришлось надевать другую. - Анна не знала, почему она так откровенна с Владимиром. Первый раз в жизни она говорила с ним на равных.
- Вы бы хотели вернуться в поместье? - продолжал расспрашивать он.
- А разве это возможно? - горько усмехнулась она. - Андрей Платоныч тогда точно дознается.
- Но, возможно, он ничего не сможет сделать. - Владимир искоса посмотрел на нее.
- Как это? - она остановилась и посмотрела ему в глаза.
- Анна… у меня к вам предложение… выходите за меня замуж. - барон медленно выговорил последние слова и внимательно всмотрелся в ее лицо.
Анна смотрела на него изумленно распахнутыми глазами, приоткрыв рот. - Вы… шутите? - только и смогла произнести она.
- Нет. Я не шучу. Я предлагаю вам это абсолютно серьезно.
- Но… вы… мы… не любим друг друга.
- Знаете, Анна, мне нужна жена. Я думаю, что вы отлично справитесь с этим. Вы красивы, умны, образованы. Я внимательно наблюдал, когда Ольга занималась с вами. Вы будете достойно держаться, когда мы будем выезжать, а мне будет льстить зависть других мужчин из-за обладания такой красавицей. К тому же вам явно знакомы дела и хлопоты поместья, и вам будет легко стать его настоящей хозяйкой, я не слишком расположен заниматься всем этим. - Увидев, что Анна отрицательно качает головой, он продолжил. - Я знаю, что вас пугает, и не собираюсь принуждать вас делить со мной постель. Я даю вам свое имя, а вы даете мне свободу.
- То есть… вы хотите сказать, что… будете изменять мне? - Анна смешалась. - Тогда я вовсе не понимаю, зачем вам жениться? Сейчас вы занимаетесь тем же самым ни перед кем не отчитываясь.
- Ну… у женатого человека особый статус в обществе. И к тому же меня наконец-то перестанут донимать многочисленные мамаши с дочерьми на выданье.
- Я не могу дать вам согласие, это было бы нечестно. А вдруг вы еще встретите девушку, которую полюбите, но будете связаны узами брака?
- Я давно разочаровался в любви, Анна. И чего вы так печетесь о моем будущем? Ваше будущее не менее туманно.
Анна вспомнила мерзкие похотливые руки князя и содрогнулась от отвращения. Нет, никогда больше мужчина не прикоснется к ней подобным образом. Если Владимир сдержит слово, то это будет наилучшим выходом для нее.
- И все же я не понимаю, зачем вы предлагаете мне это? Ведь я ничего не смогу вам дать, ни имени, ни титула, ни даже денег у меня нет. Вы могли бы жениться намного удачней.
Владимир позволил себе улыбнуться. - Моя свобода стоит всего этого. Если бы я женился на богатой девушке, то чувствовал себя виноватым, возвращаясь домой после… гм… развлечений. А так, все будет делаться с вашего ведома.
- Я не могу пока ответить вам. Мне надо подумать.
- Я вас не тороплю. - вежливо склонил голову Владимир.

Владимир отворил дверь особняка и пропустил Анну вперед.
- Это наш городской дом. Проходите. Сейчас я вам все покажу.
Барон провел ее по дому, показав почти все комнаты. Анну пленил рояль в одной из комнат, и она робко подняла глаза на Владимира.
- Можно?
- Если забыть, что сейчас ночь, то можно. - улыбнулся он.
- Тогда я подожду до завтра. - Анна погладила глянцевую поверхность.
- Сейчас вам приготовят комнату. Глупо везти вас к Ольге, переночуете здесь.
- Спасибо… Владимир. - Анна впервые назвала барона по имени и не знала, как он отреагирует.
- Я уже думал, что не дождусь этого. - ласково улыбнулся он. - Мне бы хотелось, чтобы вы и впредь называли меня по имени.
Анна смущенно пожала плечиком и ничего не ответила.

Игорь Потоцкий с бешенством смотрел в зеркало. Острые коготки девчонки оставили четыре глубокие ранки на щеке, стремительно припухающие и сочащиеся кровью. Придется одевать маску, иначе их не скрыть. Она поплатится за это! Немного успокоившись, он решил выведать у Ольги кто эта незнакомка. У него было странное чувство, что ее лицо ему знакомо, хотя он был уверен, что никогда ранее не встречался с ней. У него была фотографическая память на лица и он никогда не забывал людей, с которыми его хоть однажды сталкивала судьба. Лицо девушки напоминало ему старинные портреты, висевшие у них в родовой галерее.
Хуже было то, что Корф благоволил ей. С их прошлой встречи у князя осталась память в виде шрама на бедре. Этот чертов барон едва не кастрировал его, о чем Игорь не любил вспоминать. Что с того, что ему захотелось развлечься? А девчонка сама напрашивалась, к тому же когда она вырывается и визжит - еще слаще. И черт принес Корфа в самый неподходящий момент. Князь не хотел сознаваться даже себе, что до смерти боится барона. Холодный взгляд темных глаза до сих пор снится ему в ночных кошмарах, стальные пальцы сдавливают горло, губы презрительно кривятся выплевывая слова: "Удавил бы тебя, да руки марать неохота." Прикосновение холодного лезвия к ноге и последовавшая за этим боль заставила его заскулить. "В следующий раз я возьму на полвершка в сторону." - пообещал барон и разжал руку. Игорь рухнул к его ногам, пытаясь рассмотреть рану.
Он помнил, как сидел на полу, унимая кровь, и твердил - Я убью тебя, Корф. Убью. Убью. Убью!
К его несчастью, барон словно был заговоренным. Все его попытки проваливались, наемных убийц находили мертвыми и скоро не стало такого идиота, который бы согласился выполнить для него эту работу. Сам же он цепенел от ужаса, что придется снова приблизиться к Корфу и не дай Бог встретиться с ним глазами.
С той поры прошло долгих четыре года, но его ненависть к барону не стала меньше.

Ольга вернулась домой под утро, нервно бросила веер на столик и поднялась к себе. Ей не давало покоя то, что хозяин дома появился в маске, пригласил ее на танец и все выспрашивал об Анне. Но Ольга не была бы самой собой, если бы позволила этому хаму узнать все, что он хотел. Ей удалось скрыть даже вымышленное имя Анны, ловко уйдя от расспросов. Но следовало быть осторожнее, всем был известен мстительный нрав князя, и его врагов частенько находили без признаков жизни. Хотя пока никто не смог доказать его причастность к этим более чем странным смертям, но с ним предпочитали не ссориться. Правда, так же ходили слухи о некоторых неудачных покушениях на барона Корфа, но и это никто не мог доказать или опровергнуть.

Утром Владимир проснулся с ощущением, что он все делает правильно. Если Анна даст свое согласие, они тут же обвенчаются и он увезет ее в поместье, подальше от столицы и от Потоцкого. Сам он несколько раз избегал смерти по чистой случайности, в последний момент меня планы. Однажды нож наемного убийцы свистнул над ухом, когда Гром, испугавшись чего-то, резко взбрыкнул. Потом Владимир поблагодарил коня, спасшего ему жизнь. Сам он не испытывал угрызений совести, расправившись с подсылом. Но он тревожился за Анну. Она сказала, что поцарапала его, а это был серьезный удар по самолюбию князя. Мерзавец, да как он посмел прикасаться к ней?! Если бы не обещание, данное Анне, он бы вызвал негодяя. Ему претило действовать исподтишка, наказывать следовало глядя подлецу в глаза.
В поместье все же легче отследить подозрительных незнакомцев, да он и не собирался оставлять Анну одну. Возможно, если он будет терпелив и нежен, ему удастся завоевать ее любовь и доверие.

Анна вышла к завтраку задумчивой и спокойной. Владимир вежливо помог ей сесть и не торопясь принялся за омлет.
- Я подумала над ваши предложением, - Анна отпила из чашки кофе, сдобренное изрядной порцией молока и сахара. - Оно по-прежнему в силе?
- Да. Я никогда не отказываюсь от своих слов. - Владимир ждал ее ответа, и только чуть прищуренные глаза выдавали его напряжение.
- Если вы сдержите свое обещание, то я согласна.
- То есть - раздельные спальни и карт-бланш на личную жизнь? - уточнил барон, вертя чашку в длинных изящных пальцах.
- Да. - Анна твердо взглянула ему в глаза.
- Что же, я не сомневался в вашем благоразумии. Мы обвенчаемся как можно скорее и уедем в поместье. Варвара вся испереживалась о вашей судьбе.
- Варя… - с теплотой в голосе произнесла Анна. - Я так соскучилась по ней.
- Значит, вы не против отъезда в поместье?
- Нет, я очень хочу этого.
- Прекрасно. - Владимир отер губы салфеткой и встал из-за стола. - Когда закончите завтракать, я отвезу вас к Ольге.
Анна кивнула и отправила в рот кусочек омлета. Владимир сглотнул и поспешно вышел из комнаты.

Ольга схватила Анну за руки.
- Я хочу знать, что произошло на балу. Расскажи мне все подробно.
- Потом. Я потом тебе все расскажу. У меня есть другая новость.
- Какая? - в глазах Ольги загорелось любопытство.
- Я выхожу замуж, Владимир сделал мне предложение.
- Правда? Это замечательно! И когда свадьба?
- Как можно скорее. - Владимир нежно приобнял Анну за талию. - Дорогая, мне нужно договориться со священником, а ты оставайся дома. Без меня никуда не выходите, хорошо? - при этом он многозначительно посмотрел на Ольгу.
- Хорошо. - согласно кивнула Анна. Даже к лучшему, что Владимир так себя ведет, тем меньше у Ольги будет вопросов, да и у остальных тоже.
Ольга ничего не ответила, только лукаво улыбнулась. Владимир еще раз строго посмотрел на Ольгу и покинул их.
- Ну, рассказывай. - Ольга уселась на диван. - Что произошло у тебя с князем?
Анна вздохнула. - Он повел себя просто ужасно! Неужели я так выгляжу, что меня может обнимать совершенно незнакомый мужчина?
- Так он обнимал тебя?
- Даже хуже. Он говорил ужасные вещи. - Анна нервно сжала руки.
- Этот мерзавец привык, что ему все сходит с рук. С ним опасаются связываться. Что ты сделала?
- Я поцарапала его.
- Поцарапала? Смелая малышка! - Ольга расхохоталась. - А он?
- Он был в бешенстве. Хорошо, что я наткнулась на Владимира, когда сбежала от него.
- Ты поэтому выходишь замуж?
- Так будет лучше. - Анна глубоко вздохнула. - Он обещал мне, что не станет меня ни к чему принуждать. И я думаю, что он сможет защитить меня.
- Да, если кто и может защитить тебя от Потоцкого, то только Владимир. В свое время князь здорово обломал об него зубы. Теперь я понимаю его внезапный интерес к тебе. И все же - будь осторожнее, ты такая наивная.
- Я постараюсь. После свадьбы Владимир увезет меня в поместье.
- Жаль, что ты уедешь. Но так действительно будет лучше. Игорь не сможет тебе простить унижение.
- Ты думаешь, он будет мстить? - Анна закусила губу. - Что же мне делать?
- Ничего. Владимир присмотрит за тобой. Я уверена, он будет не самым плохим мужем. Во всех смыслах этого слова. - Ольга мечтательно улыбнулась.
Анна ничем не показала некоторую ревность, сжавшую сердце. Что же делать, если ее подруга была любовницей ее будущего мужа? Прошлого не изменить.

Владимир вернулся в прескверном расположении духа, ему не удалось назначить дату свадьбы, но увидев Анну, улыбнулся тепло и ласково.
- Я не смог договориться со здешними служителями. Давай уедем. Обвенчаемся в какой-нибудь деревеньке, где нас никто не знает. Я хочу как можно скорее оказаться дома.
- Я тоже. - улыбнулась в ответ Анна. Она привыкла считать поместье домом и ничуть не кривила душой, говоря, что хочет вернуться.

Хоть Ольгу и настораживал этот поспешный брак, но она радовалась про себя, что Анна выйдет за Владимира. Ему давно пора остепениться, а Анна вызывает естественное желание заботиться и защищать. К тому же Владимир влюблен в нее, хотя Анна предпочитает не замечать этого.

Прощание было недолгим, и ночь Владимир с Анной встретили на постоялом дворе в маленькой деревушке. Хозяин - маленький суетливый толстяк, провел их в единственную свободную комнату и принес поздний ужин.
Анна позволила Владимиру все решать за нее, на нее накатила какая-то апатия и непонимание происходящего. Она совсем запуталась в правильности своих поступков. Владимир пытался растормошить ее, но она отвечала односложно или отмалчивалась. Он боялся, что Анна передумает и сбежит от алтаря.
Он усадил ее на кровать и, пряча тревогу, спросил. - Анна, вы не передумали выходить за меня?
- Я не знаю, все происходит так быстро. Теперь мне кажется, что я совершаю ошибку. - она смотрела в пустоту.
- Нет никакой ошибки. Вы хотите вернуться к Забалуеву?
- Нет. - Анна подавила вспышку страха. - Ведь вы не отдадите меня ему, правда?
- Конечно, нет. - Владимир ласково смотрел на нее. - Как я смогу отдать свою жену? Все будет хорошо, Анна. Давайте поедим и ляжем спать.
- Но… тут всего одна кровать. - Анна подняла на него глаза.
- И я надеюсь, что вы выспитесь. Я буду спать в кресле.
Анна благодарно улыбнулась. - Спасибо. Но кровать достаточно широка. Я думаю, что мы не слишком стесним друг друга.
- Ну, если вы так думаете. - шутливо протянул Владимир.
Ужин прошел в более оживленной обстановке. Анна даже несколько раз улыбнулась шуткам барона.
- Я отнесу посуду вниз, а вы раздевайтесь и ложитесь. - приказал он, когда они закончили есть.
Анна кивнула. Когда Владимир вернулся, девушка уже спала, натянув одеяло до подбородка. Владимир немного полюбовался прекрасным лицом и задул свечи. Плавая в дремоте, Анна почувствовала, как заскрипела кровать под тяжестью мужского тела и тихий голос прошептал ей.
- Спокойной ночи, дорогая.
- Спокойной ночи, - ответила она сквозь дрему и провалилась в сон.

Анна проснулась довольно поздно, Владимира в комнате не было. Зато был букет цветов, маленьких белоснежных полураспустившихся роз, коробка с платьем и записка.
"Я обо всем договорился. Одевайтесь. Я буду ждать вас внизу. Владимир."
Анна улыбнулась в ожидании сюрприза, Владимир с каждым днем поражал и радовал ее все больше. Вот и теперь - позаботился о платье, а она даже не подумала об этом. Какой же он все таки милый.
В коробке лежало подвенечное платье, у Анны вдруг защипало глаза, так прекрасно оно было. Странно было видеть прелестную красавицу-невесту в убогой комнатушке постоялого двора. Анна накинула прозрачную ткань фаты и посмотрела в мутноватое зеркало. "Такое ощущение, что Владимир все знает наперед." - вдруг подумалось ей.

Он в самом деле ждал ее внизу, внутренне изнывая от нетерпения. Когда Анна появилась на лестнице, от восхищения перехватило дыхание. Теперь он был благодарен внутреннему порыву заказать для нее два платья - одно розовое бальное, а другое - вот это подвенечное. Его словно что-то толкнуло, едва он увидел переливающийся белоснежный атлас, искрящийся как первый снег. Портниха, хоть и удивилась неожиданной прихоти странного клиента, но промолчала. Заказ был выполнен в срок.
Владимир вынес невесту на руках, усадил в коляску и не выпускал ее руку по дороге в церковь.
В маленькой церквушке пахло ладаном, елеем и воском. Венчальные свечи плакали прозрачными слезами, темные лики святых строго смотрели из-за золотых окладов икон. Голоса певчих, казалось, доносят песнопения к самому порогу Престола Господня. Анна смотрела сквозь тонкую фату на пляшущие огоньки и повторяла за священником необходимые слова. Она слышала, как Владимир произносит клятву любви и верности, и горькая улыбка искривила ее губы. Она становится женой человека, который вовсе не собирается сдерживать обещания, пусть даже данные в церкви, хотя она никогда не слышала, чтобы барон Корф нарушил свое слово. А она сама, чем лучше? Верность сохранить будет нетрудно, гораздо сложнее с любовью. Ведь она не любит его, этот брак - просто ее спасение.
Служба кончилась и молодожены вышли из церкви. Анну поразили люди, встречающие их. Совершенно незнакомые, тем не менее, искренне поздравляющие красивую пару и кричащие здравицы молодым.

К поместью подъехали уже за полночь. Владимир потормошил Анну, спавшую у него на плече.
- Анна, мы приехали. - девушка сразу же открыла глаза.
Войдя в гостиную, она не удержалась от облегченного вздоха. - Господи, как хорошо дома.
Владимир понимающе улыбнулся и кивнул. - Вы правы.
- Так странно снова очутиться здесь. - тихо произнесла Анна, пройдя по комнате, легко касаясь мебели кончиками пальцев.
- Что же тут странного? Разве только - теперь это все принадлежит вам.
- Это и странно. Владимир, как вы думаете, меня кто-нибудь узнает?
- Даньку? Не думаю.
- А Анну Платонову?
- Теперь это уже неважно. Мы можем объявить правду, если хочешь.
- Нет, не хочу. - Анна не удержалась от зевка.
- Ты не хочешь вернуть поместье? - Владимир смотрел на нее, склонив голову.
- Вам нужен еще один враг? - вопросом на вопрос ответила Анна.
- Забалуев? Я не боюсь его.
- Вы не боитесь никого. - улыбнулась девушка. - Но он очень хитрый и коварный. Он может ударить в спину.
- Если вы не хотите, то мы ничего не будем делать. А сейчас вам надо поспать, день был утомительным. Комнату вам приготовят завтра, сегодня можете поспать в моей.
- А вы? - тут же спросила она.
- Мне надо поработать. Писем накопилось, да надо посмотреть как идут дела.
- Но вы тоже устали. - мягко возразила Анна.
- Не беспокойтесь обо мне. Идите. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, Владимир. - у лестницы она остановилась, словно хотела что-то сказать, но передумала и поднялась наверх.

Владимир прошел в библиотеку, посмотрел на письма, аккуратно сложенные на краю стола и ухмыльнулся. Похоже, его слова о накопившихся письмах оказались правдивыми. Что же, будет чем скоротать ночь. Он не собирался подниматься наверх и входить в спальню. Он чуть с ума не сошел, лежа с ней рядом в комнате на постоялом дворе, слушая тихое дыхание, не смея протянуть руку и коснуться теплого тела. Спал он в ту ночь совсем мало.
Владимир взял первое письмо из пачки. Буквы прыгали перед глазами и он отложил его, не вскрыв. Потер глаза, прогоняя усталость, откинулся на спинку кресла. Глаза слипались, и Владимир прилег на узкий диван, справедливо рассудив, что это все же лучше, чем кресло.

Утром он проснулся совершенно разбитым, от неудобной позы затекла шея, к тому же сны, посещавшие его напомнили, что у него слишком долго никого не было. Он потянулся и тяжело вздохнул. Трудно быть женатым человеком, обреченным на воздержание. Принуждать Анну делить с ним постель он не мог, слово следовало держать, но и изменять ей не было никакого желания. Разве что, если он найдет все же ту таинственную русалку, именно она ночью явилась к нему в жарком бесстыдном сне.

Анна открыла глаза и обвела взглядом комнату. Спальня Владимира. Могла ли она думать, что когда-нибудь проведет здесь ночь, или, что хозяин уступит свою постель. Такое не могло ей даже присниться. Неужели Владимир так и не ложился? Анна почувствовала себя виноватой. Все таки надо было убедить его лечь, они же уже спали в одной кровати и ничего не случилось. Вещи еще не были разобраны, и пришлось одевать вчерашнее платье. Анна легко сбежала вниз по лестнице и едва не сбила с ног Владимира, выходящего из библиотеки. Он непроизвольно схватил ее, останавливая и пытаясь удержать равновесие.
- Ох, простите меня, Владимир, я не хотела. - Анна покраснела от смущения.
- Вы хорошо выспались, раз так резво бегаете. - улыбнулся он.
- Да, спасибо. Вы так и не спали? - Анна виновато посмотрела на барона.
- Отчего же, я прилег на диване, но, признаться, он не такой удобный, как кровать.
- Вы могли бы… лечь рядом. - прошептала она, краснея еще больше.
- Я не могу делать ничего, касающееся вас, без вашего согласия. - тихо возразил ей Владимир.
- Вы сердитесь на меня?
- Вовсе нет. - барон поцеловал ей руку. - Пойдемте завтракать. И надо объявить всем, что у них появилась хозяйка.

Полина вошла в кухню и села за стол.
- Варя, что ты думаешь о баронессе?
- Чего думать? Женился барин и славно. Тебе-то чего?
- Что-то я даже не слышала о том, что у него есть невеста. Да и спал он отчего-то в библиотеке. Разве так себя ведут только женившись?
- Не лезь не в свое дело, Полька. - оборвала ее Варя. - Гляди, прознает барин, что сплетни разносишь - велит выпороть. Знаешь же, как он этого не любит.
- И ничего я не разношу, просто странно все это.
- Не наше это дело. И уймись.
Полина хмыкнула и вальяжно удалилась.

Осень незаметно растворила лето в тоскливых затяжных дождях, стучащих всю ночь по крыше, навевающих тоску. Но Анна чувствовала себя странно счастливой. Присутствие Владимира вселяло уверенность, она перестала бояться разоблачения, успокоилась. Все чаще можно было слышать ее беззаботный смех, хрустальными шариками рассыпающимся по комнате. Барон в такие минуты не мог налюбоваться на жену, с трудом удерживаясь, чтобы не обнять ее. Анна все меньше дичилась его, позволяла держать себя за руку, с улыбкой смотрела, как он украдкой целует тонкие пальцы.
Анна никогда еще не чувствовала себя такой спокойной и защищенной. Владимир почти все время проводил с ней, оставляя ее только по ночам. Неизменно вежливо желал ей доброй ночи у дверей спальни и ждал, пока щелкнет замок. Иногда Анне казалось, что она слышит его разочарованный вздох.
Она не могла поверить, что это все тот же Владимир. Сейчас его поведение разительно отличалось от прежнего. Насколько он плохо относился к Даньке, настолько же хорошо он стал относиться к ней. Но все же Анне казалось, что он чего-то недоговаривает. Порой его поведение резко менялось, жесты становились сдержаннее, он замолкал на полуслове, отводил глаза или выходил из комнаты. Она не знала, что тому причиной и старалась не делать ничего, что могло бы вызвать его неудовольствие. Эти приступы накатывали неожиданно, и Анна не могла понять, что их вызывает.

Забалуев Андрей Платонович сидел в старом кресле у дымящего камина и смотрел на молодого щеголя, небрежно похлопывающего себя тростью по заляпанному сапогу.
- Что-то случилось, князь?
- Иначе бы я не приехал. - Игорь скривился. - Как можно жить в такой дыре?
- Денег нет привести все это в порядок. - запричитал Забалуев.
- Хватит! - оборвал его Потоцкий. - Поможете мне, будут деньги.
- Я весь внимание! - насторожился Андрей Платоныч.
- Слышал, Корф недавно женился. Мне надо знать кто его жена.
- Говорят прехорошенькая куколка. Но барон перестал выезжать. Даже соседей не навещает. Долгорукие на него в обиде. Они то хотели, чтобы Корф на их старшей дочери женился, а он жену из Петербурга привез. - Забалуев захихикал.
- Я спросил, кто она? Неужели я непонятно выражаюсь? - Игорь начал терять терпение.
- Этого никто не знает. Говорят вроде Анастасия Искрицкая.
- Искрицкая? Сомневаюсь. Что-то здесь нечисто. И я хочу знать что. - Андрей Платоныч со страхом смотрел в светло-серые глаза князя. Этот Игорь был опасен как гадюка. Ссориться с ним - означало нажить себе смертельного врага.
- Я не слишком дружен с Корфом, князь. Боюсь, что мне не будет хода в дом. И он бережет свою жену, как зеницу ока. Если с ней что случиться, он не пощадит никого, кто будет причастен к этому.
- Корф. - с ненавистью выплюнул это слово Игорь. - Ничего его не берет. Если вы поможете мне его убрать, я буду очень щедр. Очень! - многозначительно посмотрел он на Забалуева.
- Я постараюсь что-нибудь придумать. - гаденько усмехнулся Андрей Платоныч.

Владимиру становилось все труднее держать себя в руках. Анна с каждым днем все больше расцветала, сводя его с ума одним лишь взглядом смеющихся темно-голубых глаз. Сидеть рядом с ней за столом становилось пыткой. Он не мог спокойно смотреть, как она аккуратно подносит ложку ко рту, губы приоткрываются, прикасаясь к металлу, маленький язычок слизывает крошки, оставшиеся на губах. "Не смотри. Не смотри!" - убеждал он себя, беспокойно ерзая на стуле, пытаясь найти приемлемое положение, чтобы не так сильно давили брюки. Анна пугалась такого его поведения, замирала и начинала изучать свою тарелку. Через некоторое время Владимир немного приходил в себя, снова начинал шутить и смешить ее.

Барон потрепал Грома по мокрой холке, остыв в холодных струях дождя. Сегодня Анна была прекрасна как никогда. Простое домашнее платье делало ее такой желанной, что Владимир выбежал из дома, чтобы не поддаться соблазну. Бешеная скачка слегка успокоила его, можно было возвращаться.

Анна недоуменно смотрела, как Владимир стремительно вышел из комнаты, едва бросив на нее взгляд. Она думала, что ему понравится это платье цвета чайной розы, отделанное кружевом. Она пожала плечами и прошла в библиотеку за книгой. Не успела она сесть в кресло, как слуга доложил о посетителе. Анна попросила передать, что сейчас выйдет в гостиную. Она немного посмотрела в окно, собираясь с мыслями и гадая, кто же мог быть этим незваным гостем. К ее ужасу этим гостем оказался Забалуев.
Он неторопливо отошел от столика с графином бренди, что-то засовывая в карман. Недоуменно рассматривал ее.
- Анна? Жива значит. - ухмылка растянула его губы. - Теперь ты значит баронесса Корф.
- Что вам угодно, Андрей Платоныч? - Анна презрительно смерила его взглядом.
- Какая ты стала. Не узнать. - его глаза масляно заблестели, задержавшись на ее груди.
- Немедленно покиньте мой дом. - отчеканила Анна. - Я больше не желаю вас видеть.
- Я думаю, что это наше не последняя встреча. - хихикнул он, покидая дом.

Сейчас Анне как никогда раньше нужен был Владимир, но его не было. Забалуев узнал правду, он что-то замышлял и ей стало страшно. Страшно не за себя, за барона. Андрей Платоныч никогда не пойдет на то, чтобы встретиться с Корфом лицом к лицу, он будет действовать исподтишка, в этом Анна была уверена. Не успела она прийти в себя, как в дверях появился новый посетитель.
- Господи, за что мне это? - взмолилась она, едва встретившись с ним глазами. На нее ухмыляясь смотрел Игорь Потоцкий.

- Значит, баронесса Корф. - он обошел ее, рассматривая как скаковую лошадь.
- Я прошу вас удалиться. - Анна спокойно выдержала его взгляд. Все же уроки Ольги не пропали даром и она могла держать себя в руках.
- А я не желаю удаляться. - он налил себе бренди и развалился на диване. - Ты ответишь мне за тот случай. Я всегда добиваюсь своего. - он делал глоток и скривился. - Еще говорили, что у барона Корфа отличный бренди.
- Когда вернется Владимир вам не поздоровится. - пригрозила Анна.
- А кто тебе сказал, что он вообще вернется? - гадко усмехнулся князь и залпом допил бокал. - Что-то лицо твое мне знакомо, но ведь мы не встречались раньше. Как было твое имя? - вдруг рявкнул он.
- Анна Платонова. - Анна от неожиданности ответила правду и отступила на шаг.
- Платонова. Ну конечно. Ты копия своей матери.
- Вы знали мою маму? - девушка затаила дыхание.
- Видел на портрете. Это ж надо было сбежать, чтобы обвенчаться с твоим папашей. Княжна Потоцкая и Дмитрий Платонов. Ничего более нелепого не могу себе вообразить. Что же, рад познакомиться… кузина. - он поставил бокал на столик и поднялся.
Он надвигался на нее, злорадно улыбаясь, Анна отступала, пока не уперлась в стену.
- Вы же сказали, что вы мой брат, - она уперлась руками ему в грудь.
- Тем интереснее. Никогда еще не спал с сестрой. - Игорь сжал тонкие запястья, уверенный в собственной безнаказанности. Забалуев дал ему явный знак, что дело сделано и он был уверен, что Корф не сможет ему помешать.

Владимир вошел в гостиную, откидывая назад мокрые волосы. От открывшейся сцены по коже побежали мурашки, комната утонула в белом сиянии. Его Анна маленькая, хрупкая, безуспешно пыталась оттолкнуть мужчину, схватившего ее за руки. В два шага оказался рядом с ними, рука Владимира стальным капканом сжала горло князя. Игорю показалось, что из темных глаз на него смотрит сама смерть. Пальцы сжимались все сильнее, губы превратились в тонкую полоску. На бледном лице барона глаза казались двумя колодцами, ведущими прямо в ад.
Сквозь слепящее сияние Владимир услышал нежный голос жены. - Пожалуйста, Владимир, не надо. Прошу вас!
Пальцы разжались сами собой. Потоцкий схватился руками за помятую шею, хватая воздух ртом.
- Пошел вон. - негромко произнес барон. - Только ради нее. Но если я еще раз увижу вас на моей земле или в моем доме, я убью вас. Клянусь.
Игорь почувствовал, как от этого негромкого голоса живот скрутила ледяная судорога страха, он не понял, как оказался на улице. Ярость смешивалась с ужасом, а что было бы, если бы Анна промолчала. Никогда он еще не был так близок к смерти. Унижение, пережитое в этом доме колом стояло в горле. Он чувствовал себя воробышком в лапах кота, когда Корф сжал его горло. А то, что Анна заступилась за него унижало его еще больше.

Владимир брезгливо отер руку платком и повернулся к жене.
- Почему вы остановили меня? - спросил он грустно глядя на нее.
Анна некоторое время смотрела в пол, потом подняла на него глаза. - Я не хотела, чтобы вы стали убийцей. И я узнала, что он… мой брат.
- Брат? - от этого известия Владимир сел на диван.
- Да. Кузен.
- Но… как такое могло быть?
- Родители не любили говорить о прошлом, а мама умерла, когда я была совсем маленькой. Я почти ничего о ней не знала. Оказалось, что в девичестве она была княжной Потоцкой. - Анна пожала плечиком.
Владимир обхватил голову ладонями, пытаясь усвоить сказанную новость.
- Может быть… налить вам бренди? - робко предложила Анна.
Владимир посмотрел на нее, и кивнул. - Да, пожалуй. Мне это сейчас необходимо.
Анна, радуясь, что хоть чем-то может услужить барону, подошла к столику и взяла графин. Владимир наклонив голову с улыбкой наблюдал, как она ставит бокал и наклоняет пузатый сосуд, поддерживая его рукой снизу.

Игорь в бешенстве ворвался в дом Забалуева.
- Вы мне сказали, что Корф больше не помешает мне. - начал он с порога.
- Князь, я лишь сделал то, о чем вы меня просили. В скором времени, я уверен, вдова барона будет рыдать над его могилкой.
- В скором? Он жив и здоров! - выкрикнул Потоцкий.
- Пока жив. Но скоро это изменится. Поверьте мне, князь. - Забалуев довольно улыбнулся.
- Откуда такая уверенность? - Игорь начал остывать.
- Сегодня я навестил баронессу. Оказывается, у меня к ней свои счеты. И скоро она останется без защитника. Видите ли, князь, мне в свое время повезло приобрести очень редкий яд, который не оставляет следов. - Его улыбка стала еще шире.
- Яд? Господи, как я раньше не догадался. - Потоцкий едва не плюнул на пол с досады. - И где этот яд?
- В бренди, так любимом бароном.
- Что? - Игорь побледнел. - Противоядие. Живо!
- Вы что, пили у барона бренди? - Андрей Платоныч приподнялся в кресле.
- Противоядие! - прошипел Игорь.
- Его не существует. - простонал Забалуев.
Князь смотрел на него расширившимися глазами. Скрюченные пальцы вцепились в воротник Андрея Платоныча.
- Мерзавец. Почему ты мне раньше не сказал? - хрипел он. - Я не хочу умирать! Не хочу! Не хочу…
Игорю казалось, что внутри образуется комок льда, он намерзает, расширяется, холод охватывает пальцы, руки, под кожей словно бегали армии муравьев, спасаясь от этого холода. Хотелось чесаться до крови и выть в голос от понимания неотвратимости смерти. Лицо исказилось гримасой боли и страха, колени подогнулись и он рухнул на пол.
Андрей Платоныч отошел на пару шагов и с отвращением наблюдал за агонией князя. Оставалось надеяться, что Корф так же будет корчиться перед смертью.

Анна боялась даже представить себе, что бы было, если бы Владимир вовремя не появился в доме. На миг отвлекшись, она не удержала графин и он выскользнул из дрогнувших пальцев. Она как во сне смотрела, как он медленно падает, но сил подхватить его не было. Встретившись с полом, он словно сложился внутрь, мелкие осколки брызнули в стороны, темная жидкость же, напротив, разлеталась мелкими тягучими струйками. Это оказалось последней каплей в череде неудач последнего часа. Анна почувствовала, как из глаз потекли слезы.
Владимир увидел, как Анна ойкнула и отскочила, закрывая лицо руками.
- Анечка, что с тобой? - метнулся он к ней. - Поранилась? Где?
Барон поднял жену на руки и прижал к себе, страшась увидеть кровь на одежде. Анна уткнулась ему в плечо и разрыдалась еще сильнее. Владимир сел на диван с ней на руках, одной рукой обнял за плечи, другой утирал слезы.
- Ну что такое, моя девочка? Что случилось? - шептал ей на ушко, стараясь не касаться губами нежной кожи.
Анна помотала головой и обхватила его за шею, спрятав лицо у него на груди.
- Тише, тише, не надо плакать. Ничего же не случилось. Черт с ним, с графином, не стоит так расстраиваться. - утешал ее Владимир.
Анна шмыгнула носом и подняла на него глаза. - Владимир, спасибо. Если бы не вы… князь…
- Не надо об этом. Я никогда не прощу себе, что уехал, оставив вас в доме одну.
- Вы были чем-то расстроены? Я разочаровала вас?
- Нет, что вы, Анна. Нет.
- Почему тогда вы уехали? - слезы стояли в огромных синих глазах, делая их стеклянно-блестящими.
- Анна я… я… я не могу так больше. - Владимир нежно коснулся губами мягких губ, Анна замерла в его руках. Теряя рассудок, целовал ее, все крепче прижимая к себе, настойчиво раздвигая ее губы языком, мягко проникая в теплый ротик. Анна боялась пошевелиться, опасаясь, что Владимир примет любое ее движение за попытку вырваться. Первое касание его губ немного испугало ее, но страх быстро отступил. Его поцелуи не имели ничего общего ни со слюнявыми губами Забалуева, ни с жестокими грубыми руками Потоцкого. Губы Владимира были нежными, чуть влажными и очень горячими. Они накрыли ее рот, увлекли в волшебную страну грез, даря новые, неизведанные ранее удовольствия. Поцелуй заворожил ее, заставил забыть прошлое.
Владимиру казалось, что сердце сейчас выскочит из груди, так оно колотилось от счастья. Губы Анны дрогнули и это заставило его прервать поцелуй.
- Анна… простите меня… я… - Владимир боялся, что испугал ее, что она больше никогда не позволит прикоснуться к себе.
- За что вы просите прощения? - тихо прервала его Анна. - Если за поцелуй, то не стоит.
- Я обещал вам, что не стану ни к чему принуждать вас. - барон виновато смотрел на жену.
- Владимир… - Анна облизала губы. - Вы не принуждали меня. Я сама не знала, чего хочу. Я знаю одно - с вами я ничего не боюсь. Мне так хорошо, когда вы рядом со мной.
- Анна, я всегда буду рядом, обещаю. Я больше никому не позволю прикоснуться к тебе.
- Спасибо… Владимир… - она доверчиво положила голову ему на плечо.
- Анна… - прошептал Владимир, прижимая ее к себе.

Забалуев дождался темноты и взвалил тело князя на спину. Весь вечер он думал, как бы избавиться от трупа, заодно насолив Корфу. И ему в голову пришел гениальный план.
В конюшне было темно и тихо, Андрей Платоныч скинул свою ношу у двери, не особо заботясь над тем, как он упал, справедливо рассудив, что князю теперь все равно. Он опасливо посмотрел на громадного черного жеребца, жующего сено и косящегося на него темным глазом.
- Хорошая лошадка, - проблеял Забалуев, открывая денник. Гром недоверчиво фыркнул и остался стоять на месте. Андрей Платоныч отошел в сторону, надеясь, что конь все же соблазнится прогулкой. Он не хотел, чтобы животное помешало осуществлению его плана. Гром продолжал стоять. Тогда Забалуев зажег спичку и бросил ее под ноги лошади. Гром поднялся на дыбы и яростно заржал. Огромное копыто ударило по голове невысокого человека, с легкостью проломив кость. Задняя нога случайно наступила на горящую спичку и огонь погас, не успев разгореться.

Владимир не отходил от Анны, держал ее за руку, шутил. Через некоторое время Анна весело смеялась, забыв все неприятности. Ее только немного смущали и тревожили взгляды Владимира, которые он время от времени бросал на нее, но поцеловать больше не пытался. Анна не знала чего ей хочется больше - то ли чтобы все оставалось по-прежнему, то ли чтобы Владимир снова поцеловал ее, и их отношения изменились безвозвратно.
За окном уже стемнело, когда в комнату вошел конюх.
- Никита? Что случилось? - Владимир слегка нахмурился.
- Барин… там на конюшне… лучше бы вам самому посмотреть… - замялся он, нервно сжимая в руках картуз.
- Ну, хорошо. Идем. - произнес Владимир, не зная что и думать.
- Можно мне с вами. - запросилась Анна. Она знала, что если останется одна, то снова начнет думать о том, что могло бы случиться сегодня.
- Лучше бы вам этого не видеть. - пробормотал Никита.
Владимир внимательно посмотрел на него, потом перевел взгляд на жену, не смог отказать умоляющему взгляду синих глаз, улыбнулся и кивнул. - Пойдем дорогая.
Никита только вздохнул.

- Анна, побудь здесь с Никитой. - попросил Владимир, когда они подошли к воротам конюшни, а сам вошел внутрь. Желтоватое пятно света от фонаря освещало путь. Первым, кого он увидел - был князь Потоцкий, неестественно вывернутая поза показала барону, что тот мертв. В глубине напротив открытого денника Грома виднелась бесформенная куча, по-видимому тоже когда-то бывшая человеком. Подойдя поближе, Владимир с трудом опознал Забалуева, лба попросту не было, даже его передернуло от этой картины. Теперь он понял, почему Никита советовал оставить Анну дома. Гром ласково ткнулся мордой в плечо.
- За что же ты его так, мальчик? - Владимир похлопал коня по шее. Жеребец только фыркнул.
Выйдя из конюшни, Владимир приказал послать за исправником и за доктором.
- Что случилось, Владимир? - Анна попыталась заглянуть в открытую створку ворот.
- Не смотри, дорогая, не надо. Случилось то, что тебе больше не придется бояться ни князя, ни твоего бывшего опекуна.
- Почему? - в ночи Владимир видел, как светятся белки ее глаз, а радужка темным пятном выделяется на их фоне.
- Они мертвы.
- Но… - Анна отшатнулась и зажмурилась. - Я не понимаю.
- Я тоже. - вздохнул барон и приобнял жену за плечи. - Надеюсь, что доктор скажет нам, отчего умер князь.
- А Забалуев?
- Он слишком близко подошел к Грому. Почему то он ему не понравился.
Анна закусила губу и помотала головой.
- Неужели тебе их жаль? - изумленно спросил Владимир. Анна всхлипнула.
- Нет, не очень. Я боюсь, что вас обвинят в причастности к их смерти. Ведь они же почему-то находятся на вашей конюшне.
- Вы боитесь за меня? - Владимир приподнял бровь, не веря своим ушам.
- Да. Я знаю, что вы не при чем, но наш исправник…
- Не надо так переживать, дорогая. - Владимир нежно погладил ее руку. - Я думаю, что все уладится.

Вскоре приехал исправник и доктор. Доктор Штерн констатировал смерть и тела увезли.
Владимир проводил жену до спальни, поцеловал руку и пожелал ей спокойной ночи.

Ночью Анна спала беспокойно, часто просыпалась, но не помнила снов, оставлявших тревожный осадок в душе. К завтраку спустилась невыспавшаяся и грустная.
- Доброе утро, дорогая. - Владимир отодвинул для нее стул. - Почему вы грустите?
Анна пожала плечами и села за стол. Завтрак прошел в беседе Владимира с самим собой. Анна думала о чем-то своем, мыслями находясь далеко.
После завтрака их посетил доктор Штерн с исправником.
- Доктор, доброе утро. - барон вежливо поклонился.
- Присаживайтесь. - Анна улыбнулась.
- Благодарю. - Штерн глубоко вздохнул, - Не слишком оно доброе. Скажите, барон, кто нашел тела?
- Мой конюх. А в чем дело?
- В случайности смерти Андрея Платоныча сомневаться не приходится, весь вопрос в том, зачем он открыл денник. Ведь всем в уезде известен нрав вашего коня.
- Да, Гром не любит чужих. -подтвердил Владимир.
- Но смерть князя еще более загадочна. Он умер на несколько часов раньше и в конюшню его принесли уже мертвым. Зачем?
- Признаться, я не знаю ответа на этот вопрос. - Владимир покачал головой.
- Мы тоже теряемся в догадках. - поджал губы исправник. - Скажите, барон, а эти господа посещали ваш дом?
- Да, князь Потоцкий навещал нас, но повел себя неприлично и я попросил его удалиться.
- А господин Забалуев? - продолжал расспрашивать исправник.
- Его я не видел. - спокойно ответил Владимир.
- Он был у нас, незадолго до князя. - Анна сжала кулаки. - Владимира в тот момент не было дома.
Владимир свел брови. - Почему вы мне не сказали, дорогая? - ласково спросил он, беря ее за руку.
- Я так разнервничалась, что забыла рассказать вам. - Анна виновато опустила глаза.
- И что господин Забалуев? Зачем он приходил? - исправник не сводил взгляда с испуганной баронессы.
- Я не знаю. - пожала плечами Анна.
- Скажите, а поведение князя не показалось вам странным? Может быть он выглядел больным?
- Нет. - Анна была растерянна. - А что случилось?
- Видите ли, я пытался определить причину смерти князя и пришел к выводу, что его отравили.
- Вот как? - усмехнулся Владимир. - И вы думаете, что это произошло в моем доме?
- Это очень редкий яд, он практически не оставляет следов. - доктор словно не слышал вопроса хозяина дома.
- Князь что-нибудь ел или пил в вашем доме? - исправник чуть прищурился в ожидании ответа.
Владимир недовольно хмыкнул, а Анна испуганно подняла глаза на доктора.
- Боже мой. Боже… он пил бренди…
- А где сейчас этот бренди? - доктор насторожился.
- Я… вчера разбила тот графин… случайно… Господи… Владимир… - Анна побледнев смотрела на мужа. - Если бы графин не разбился, то вы бы… - она закрыла рот ладонями.
- Анна, но яд не мог быть в бренди. Я пил его после обеда и жив как видите. - барон нежно смотрел на жену.
- Андрей Платоныч был в гостиной один… А когда я вошла, он отходил от столика… - Анна пыталась вспомнить ту встречу в мельчайших подробностях. Он что-то положил в карман. Я больше ничего не могу сказать. - она пожала плечами.
- А кто наливал бренди князю? - исправник напрягся, как гончая, почуявшая след.
- Он сам. Он ужасный человек. - Анна отвернулась. Владимир стиснул зубы.
- А вы присутствовали при этом, барон?
- Нет, я вернулся слишком поздно, чтобы застать это. - голос Владимира не предвещал ничего хорошего.
- Мы осмотрели карманы покойного и нашли там вот это. - исправник достал маленький серебряный флакончик с притертой пробкой. - Вы не знаете, что это?
- Нет. - равнодушно пожал плечами Владимир.
- Дайте мне. - попросил доктор. - Почему вы мне сразу не сказали? - он осторожно открыл пробку и принюхался. - Мне кажется, что это именно то, что мы ищем.
- А мне кажется, что вы, барон, могли подложить флакончик в карман к Андрею Платонычу. - исправник злобно ухмыльнулся.
Анна шагнула вперед. - Вы не смеете подозревать моего мужа. Он не мог этого сделать, потому что он весь вечер был со мной.
- Баронесса, ваши отношения с мужем ни для кого не секрет. Неужели вы думаете, что я поверю, что барон провел вечер в вашей спальне, куда ему вход закрыт.
- Разве я хоть слово сказала про спальню? - насмешливо склонила голову Анна. От испуганной девчонки не осталось и следа. - Мы были в гостиной.
- А может быть это вы отравили князя? А потом разбили графин, чтобы не отравить мужа? - не унимался исправник.
- Признаться, я ничего не понимаю в ядах. - с сожалением вздохнула Анна. - Но если вы говорите, что все знаете о наших отношениях, то неужели вы думаете, что я не использовала бы свой шанс, чтобы стать вдовой? - ее губы сложились в снисходительную улыбку.
- Правильно! Как я раньше не догадался? Вы подсыпали яд в бренди, чтобы отравить мужа, а князь выпил его по ошибке.
- Да, вы так проницательны. А потом я разбиваю графин, чтобы муж остался в живых. Как у вас все логично получается. Ах, еще не забудьте, что мне пришлось перенести тело князя на конюшню и заманить туда же Андрея Платоныча. - Владимир смотрел, как Анна издевается над исправником и с трудом удерживался от смеха.
Исправник не смог найти, что ответить ей. Положение спас доктор с предложением откланяться.

Анна до вечера ничем не выказывала своей тревоги, занималась обычными делами, даже немного поиграла на рояле. Владимир все время находился рядом и это успокаивало ее.
Вечером он мило пожелал ей спокойной ночи и как обычно поцеловал руку перед дверями спальни.

Анна сидела на кровати, обхватив колени руками. Все опять было как обычно, она совершала привычные действия - вымылась перед сном, надела тонкую сорочку, взяла книгу со столика и забралась в постель. Раскрыла книгу, но читать не смогла, мысли не давали покоя. Вернее одна мысль, - "А что было бы, если графин не разбился, что бы было с ней, если бы Владимира не стало."
Она посидела еще немного, потом встала, накинула на плечи шаль и тихо вышла из комнаты.

Владимир лежал и смотрел в потолок. Он не уставал восхищаться Анной, каждый день открывал для него что-то новое. Сегодня она так отважно защищала его. Все же Ольга не зря давала ей уроки. Только вот расползающиеся по уезду сплетни тревожили его. Как все это скажется на Анне, ему самому было безразлично шушуканье за спиной, а она? "Знать бы кто распространяет сплетни, язык бы вырвал гадине."
Его размышление прервало легкое поскребывание в дверь. Он нехотя встал и открыл. К его удивлению за дверью стояла Анна.
- Владимир, я знаю, что уже поздно, но мне надо поговорить с вами.
- Входите. - он открыл дверь пошире. От удивления у него пропал дар речи.
- О чем вы хотите поговорить? - спросил барон, закрывая дверь и усаживая ее на кровать.
- Я… я прошу вас, выслушайте меня… только не перебивайте… - Анна вскинула на него глаза.
- Хорошо… - согласился Владимир, опускаясь на кровать рядом с ней.
- Владимир… - она вздохнула. - Я много думала и… мне страшно представить что бы было, если бы графин не разбился… я очень боюсь потерять вас… потому что… потому что… я… люблю вас. - Владимир попытался что-то сказать, но Анна жестом остановила его. - Я надеюсь, что… вы не откажете мне в просьбе… Я в самом деле люблю вас, и мне достаточно этого… я прошу вас… я хочу ребенка… от вас… И… я не буду больше докучать вам. Вы сможете жить, как хотите. Я не стану нарушать данное слово, я обещала вам, что вы будете свободным.
- Вы хотите ребенка? - Владимир облизнул враз пересохшие губы.
- Да. - Анна не отрываясь смотрела на него.
- И вы… перестанете любить меня, когда родится ребенок?
- Я не знаю, но я буду стараться. Просто у меня будет частичка вас, которую я смогу любить открыто, а он будет любить меня. - Анна сморгнула слезы. - Я знаю, что прошу слишком много, но может быть… вы ведь так великодушны…
- Анна… а почему вы не можете любить открыто меня? Разве это неприлично, любить собственного мужа?
- Но ведь… вы не хотите этого… мои чувства наверное будут вам в тягость.
- Аня… Анечка… глупенькая моя… глупенькая… - Владимир прижал ее к себе. - Я никогда не думал, что ты сможешь полюбить меня, после всех унижений и обид. Девочка моя, прости меня. - он стер пальцами слезинки.
- За что? - Анна удивленно смотрела на него.
- Я лгал тебе.
- Лгали? Когда?
- Когда просил выйти за меня замуж. Я не сказал, что люблю тебя. - он нежно поцеловал ее в щеку.
- Вы… любили меня? Уже тогда?
- Да… но я не мог тебе сказать. Ты была такая растерянная, подавленная и тебе нужна была защита. Разве бы ты согласилась, если бы я предложил тебе любовь?
Анна подумала и покачала головой. - Наверное, нет. Я вас ужасно боялась.
- А сейчас?
- Сейчас нет. Сейчас я знаю, что ты - единственный мужчина, который мне нужен.
- Анна, я люблю тебя. Мне кажется, что я любил тебя еще тогда, когда думал, что ты мальчик. - увидев, как сразу погрустнела Анна, он продолжил. - Я ненавидел себя за эту нежность, поэтому старался сделать больно тебе.
Анна прижалась к его груди.
- Владимир, давай не будем ворошить прошлое. Все уже позади. Что ты ответишь на мою просьбу?
- Я выполню ее, если ты пообещаешь, что будешь любить меня по-прежнему.
- И даже еще сильнее. - улыбнулась Анна, подставляя губы для поцелуя.

Владимир не отрывал взгляда от синих глаз жены, смотревших на него с доверием и любовью. Так странно и приятно было ощущать собственную робость, сдерживать желание сжать этого ангела в объятьях так крепко, что хрустнули бы косточки, удерживаться от ненасытных поцелуев, она не допускала подобного обращения. С ней нужно быть особенно бережным и нежным, чтобы не разрушить, не сломать те чувства, которые есть между ними. Возможно потом он и даст выход своей страсти, но сейчас должны быть только терпение и сдержанность.
Он едва коснулся мягких губ мимолетным поцелуем, провел тыльной стороной пальцев по нежным щекам, еще влажным от слез, Анна чуть слышно вздохнула. Барон сполз с кровати, оказавшись у ее ног, потянул за руку, заставляя подняться, поднимаясь сам. Анна послушно встала и запрокинула голову, чтобы поймать его взгляд. Ей было немного страшно от неизвестности того, что должно произойти, и она отчаянно старалась не показать этого. Но Владимир все понимал без слов. Его теплые пальцы ласково касались ее лица, успокаивая и вызывая сладкую дрожь во всем теле. Барон чуть приподнял ее лицо за подбородок и наклонился к губам.
- Анна… - прошептал он перед тем, как их губы соприкоснулись. Она ничего не успела ответить, его губы властно накрыли ее рот, лишая всех мыслей. Владимир почувствовал, как тонкие руки обхватили его шею, и крепче прижал девушку к себе. Губы Анны были такими нежными и покорными, что у него закружилась голова. Владимир теперь не мог понять, как он столько времени сдерживался, довольствуясь лишь невинными прикосновениями.
Они тонули в поцелуе, не в силах разомкнуть объятья, расстаться даже на мгновенье. Рука Владимира скользнула по хрупкому плечику, скрытому ночной сорочкой и наполнилась упругой полнотой небольшой груди. Моментально отвердевший сосок дразнил его ладонь сквозь тонкую ткань. Анна сначала не поняла отчего ее охватила истома, от которой подгибались колени, с некоторым стыдом смешанным с восторгом она ощутила его руку на своей груди и умоляюще посмотрела в глаза мужа.
- Что-то не так, дорогая? Тебе не нравится? - Владимир продолжал поглаживать ее грудь.
- Нравится…но… - Анна порозовела от смущения.
- Мы будем делать только то, что нравится.. - уверил ее барон, любуясь нежным румянцем.
- Разве это прилично? - Анна попыталась высвободиться, но Владимир прильнул губами к ее шейке и осторожно сжал грудку через ткань. От этой ласки мир вокруг поплыл и стыд растаял. Владимир перемещался поцелуями по шейке к плечу, медленно отодвигая сорочку, освобождая дорогу своим губам.
Сорочка стыдливо сползала, обнажая прекрасное тело, от одного взгляда на которое в голове мутилось от желания, но барон пересилил себя и отступил на шаг, чтобы в полной мере оценить красоту жены. К своему удивлению он узнал незнакомку, которую видел на берегу у заводи.
- Аня… - выдохнул Владимир, подхватывая ее на руки. - Анечка… ты такая красивая… - прошептал он, опуская ее на кровать и склоняясь над ней. Его губы порхали по хрупким ключицам, ласкали спелые землянички сосков, руки скользившие по телу, по крутому изгибу бедер вниз по стройным ножкам, вернулись и бесстыдно проникли в самый запретный уголок ее тела. Анна застонала и судорожно свела колени, испугавшись такой дерзости. Владимир вытянулся рядом и прижал ее к себе.
- Что случилось, Анечка? Я сделал тебе больно?
- Нет, но прошу тебя, не надо меня трогать… так… - она отвела глаза, сгорая от стыда.
- Хорошо. - улыбнулся барон и перевернул ее на живот. Он погладил короткие светлые волосы, провел ладонью по шейке, по узкой спинке. Тонкий шрам под лопаткой заставил сердце сжаться, и он покрыл его поцелуями, словно пытаясь разгладить. Анна чувствовала губы мужа, скользившие вниз по спине вдоль позвоночника, его ладони нежащие тело. Когда руки Владимира сжали ее попку, она застонала и перевернулась. Его прикосновения вместе с наслаждением вгоняли ее в краску, она всхлипнула от противоречивости раздиравших ее чувств.
Владимир поцеловал ее в ладонь и снял рубашку. Анна отвела глаза, стыдясь разглядывать обнаженное тело мужчины. Барон с лукавой улыбкой расстегнул брюки, наблюдая за женой. Анна вспыхнула и спрятала лицо в ладонях.
- Доверься мне, дорогая. - тихо попросил он, прижимая ее руки к кровати и наваливаясь на нее своим весом.
- Владимир… - умоляюще простонала Анна, когда он развел ей колени и подхватил под спину.
- Все будет хорошо… - Анна услышала его голос словно издалека, ослепленная болью. Он проник в нее, причиняя страдание, твердый, горячий и очень большой. Гораздо больше, чем она могла себе вообразить.
- Посмотри на меня… Анечка… открой глаза… - Владимир не отпускал ее, вытирая губами слезинки, струящиеся из под закрытых век.
Анна открыла глаза, ставшие темными, как вода омута и жалобно прошептала, - Больно…
- Я знаю, моя девочка… потерпи немного… совсем немного… Анечка, я люблю тебя… - Владимир качнулся, не в силах более сдерживаться, вызвав еще один стон боли. Анна снова зажмурилась и крепко обхватила его тело, прижимаясь к нему.
- Я люблю тебя… - шептала она, чувствуя, что боль постепенно проходит. Она пропустила момент, когда ее дыхание подстроилось под мягкие толчки Владимира, а внизу живота зародилась огненная волна, быстро охватившая все тело.
Владимир чувствовал себя виноватым за то, что не смог унять свою страсть и взял Анну почти насильно. Ее слезы и жалобный шепот разрывали ему сердце, но он не мог остановиться и пытался смягчить боль поцелуями и ласками. Вскоре ее руки обняли его и тихие слова любви согрели душу. А когда она шевельнулась под ним, робко ловя темп, Владимир застонал от наслаждения. Никогда у него еще не было такого единения с женщиной, такого взаимопроникновения. Ее дыхание стало чаще, едва слышные, почти беззвучные стоны срывались с губ, когда он отпускал их ненадолго, позволяя Анне вдохнуть.
Анне казалось, что с каждым толчком Владимира она возносится все выше, словно поднимается на вершину по очень крутому склону. Облегчение выплеснулось горячим фонтаном, поднимающим ее еще выше над вершиной и она обвила мужа руками и ногами, останавливая его, чтобы подольше насладиться моментом. Владимир замер, крепко обнимая ее, почти теряя сознание от счастья.
Анна блаженно выдохнула и расслабилась, придавленная к кровати тяжелым телом мужа. Владимир тут же приподнялся на локтях.
- Прости меня, я совсем тебя задавил. - он потерся носом о ее носик и нежно поцеловал в губы.
- Мне совсем не тяжело, - улыбнулась Анна, запуская пальцы в его волосы.
- Ты устала? - в его низком тихом голосе была ласка и забота.
- Не очень. - прошептала она и прикусила губу от собственного бесстыдства. Осмелев, шевельнула бедрами, провела ладонями по плечам барона. - Я не хочу с тобой расставаться… и хочу, чтоб эта ночь не кончалась…

Владимир прижимался щекой к шелковым волосам жены, сладко спящей на его плече. "Ты счастливчик, Корф. Еще какой! Тебе несказанно повезло с женой." Владимир никогда не думал, что способен так любить женщину. Она занимала все его мысли и днем и ночью, он уже не представлял своей жизни без нее. Господи, как трогательна она была сегодня, когда пришла к нему просить о ребенке. При воспоминании о том моменте Владимир прикоснулся губами к волосам Анны, словно удостоверяясь, что это не сон, и все произошло наяву. Больше всего он обрадовался неожиданному признанию в любви. Он все это время лелеял тайную надежду, что Анна когда-нибудь сможет полюбить его, сможет простить его грубость и жестокость, если он будет нежен и терпелив. Его терпение было вознаграждено сполна - она сама пришла к нему. "Анна…" - тихо прошептал Владимир просто для того, чтобы произнести ее имя, крепче прижал к себе нежное тело и закрыл глаза.

Конец.

Форум "Бедная Настя"