|
Название: Мама
Автор: Alkor
Рейтинг: PG-13
Жанр: мелодрама
Герои: Владимир, Анна
Время и место действия: 21 век
Меня зовут Анна Корф, мне 32 года. У меня есть любимый и любящий
муж, я сделала карьеру, но…я очень несчастна. Потому что у меня нет
детей. Мы с Владимиром женаты уже двенадцать лет, но детей у нас
нет. К каким врачам я только не ходила. Все твердят одно и тоже: мы
с мужем абсолютно здоровы. Но забеременеть я не могу всё равно.
Никак… Я посвятила всю свою жизнь балету, но когда я вошла в возраст
и ушла, накатило ощущение пустоты. Я и раньше его ощущала, но тогда
у меня было хоть какое-то дело, которое не позволяло отвлечься от
этого. На самом деле, я никогда об этом не забывала. Наверное, дело
во мне. Это я не могу родить ребёнка любимому мужу. Спасибо
Владимиру, ни словом не упрекнул меня за все эти годы. Вот только
мне не легче от этого.
Я часто плачу по ночам. Я знаю, что Володя слышит. Он обнимает меня
во сне и молчит, давая выплакаться. Я знаю, как бесит его бессилие.
Ведь он ничего не может с этим поделать. А мирится с поражением он
не привык. Как бы я хотела, чтобы он ДЕЙСТВИТЕЛЬНО мог что-нибудь
сделать. Но нет… Всё бесполезно.
Мне очень плохо и больно, я не знаю, что делать. Жалеть себя,
конечно, последнее дело, но что я могу поделать? Я очень хочу
ребёнка.
- Не плачь, Синица. – Говорит он мне. А как я могу не плакать? Я
хочу родить ему сына, похожего на него. Такого же красивого, как он.
Володенька, почему тебе достался пустоцвет, как я? Может, тебе лучше
найти другую, здоровую, молодую, которая тебе родит сына?
Зря я ему это сказала. Никогда не видела Владимира в такой ярости.
Он не хочет ничего без меня, и ему никто, кроме меня не нужен. Я
тоже очень его люблю. И с ума сойду, если у него кто-то появиться.
Но что делать? Я хочу, чтобы он был счастлив.
Какое-то время Владимир ходил сам не свой, а потом отвёз меня к
одному очень известному врачу. Профессор осмотрел меня и сказал, что
я вполне могу родить. Что я совершенно здорова и мой муж тоже.
Сколько раз я уже это слышала… И никакого толку…
- Попробуйте переключиться. – Посоветовал профессор. – Вы молодая,
вам ещё рожать и рожать.
Моя сестра работает в благотворительном фонде. У Лизы трое детей.
Она жалеет меня. От этого мне ещё хуже. Не надо меня жалеть. Лучше
помоги найти выход.
- Аня, вы завтра едем в детский дом. – Как ни в чём не бывало,
сказала она мне как-то за чаем. – Надо решить, сколько денег им
дать. Поедешь?
Она часто меня звала с собой, но я никогда не соглашалась. А сейчас
меня что-то словно толкнуло, и я согласилась.
Лиза заехала за мной утром и мы поехали. Я всю дорогу чего-то ждала.
Чего? Сама не знала. Мы везли игрушки, новую одежду.
Я смотрела на играющих детей и у меня сердце разрывалось. Как можно?
Как можно бросить своего ребёнка? Кем же нужно быть для этого?
Маленькие создания с грустными глазами. Как же они одиноки… Они ещё
более несчастны, чем я. У меня есть Володя, и без него жизнь не
имела бы вовсе никакого смыла. У них нет никого…
Тут из общей детской свалки поднялся один мальчик лет пяти. Он
повернулся ко мне, и чувство было такое, словно сердце биться
перестало. Довольно высокий и стройный для своих лет. Волосы не
такие тёмные, как у Володи, но такие же густые, и такая же
непослушная чёлка на лбу. И глаза голубые, совсем как у меня в его
возрасте. Так бы мог выглядеть наш сын. Если бы он был. Мальчик
бросился ко мне чуть ли не бегом. Подбежал, схватил за руки, поднял
свои грустно-серьёзные голубые глаза:
- Мама, это я – Дима. Ты пришла забрать меня домой?
Я чувствовала, что пропала. Как я могу обмануть это маленькое
доверчивое существо? Как я могу сказать жестокое «нет», когда моё
сердце подле него оттаяло? Я опустилась на колени, обняла его и
сказала: - Конечно заберу.
Я думала, самым сложным будет уговорить Владимира. Это действительно
оказалось не просто. Я его не упрекаю. Конечно, чужой ребёнок,
неизвестно от каких родителей. Тем более ребёнок, которого он в
глаза не видел.
- Мы же не собирались, Синица. Почему так вдруг?
Я не могла внятно ответить на его вопрос. Конечно, ему сложно было
смириться с тем, что у нас не будет своих детей. Наверное, нужно
было с этим смириться. Если за двенадцать лет ничего не вышло, очень
мало шансов, что всё таки что-то получиться. Я уже перестала на это
надеяться. Но так больше не могу. Я с ума сойду без ребёнка. Мне
нужен этот мальчик. Я всё это сказала Владимиру, плохо понимая, что
говорю. В конце концов, мой любимый муж смог выделить из моего
невнятного лепета что-то членораздельное. Долго смотрел на меня и
молчал, думал о чём-то. Я знала, что от его решения будет зависеть
всё, что ждёт нас дальше.
- Хорошо, Синица. Покажи мне своего пострелёнка.
Я привела Владимира в этот детский дом, чтобы показать играющего во
дворе Диму. Я старалась держаться в тени, а то, как бы я сказала
мальчику, почему до сих пор не забрала его домой? Я не вынесу боли в
этих глазках… Мой муж рассматривал ребёнка очень внимательно,
следил, как тот ведёт себя в игре. Дети играли в футбол, и юркий,
быстроногий Дима явно лидировал. Я видела, что Володе это
понравилось, он улыбался. Да, конечно, он же сам всегда был
заводилой в дворовых играх. Я смотрела на мужа, как мне казалось,
умоляюще. Похоже, это и вправду было так. Потому что Володя тяжело
вздохнул и ответил:
- Хорошо, посмотрим, что из этого выйдет.
Я мало что не летала. Владимир помогал мне собирать документы, и
снисходительно улыбался, когда я переделывала одну из наших комнат
под детскую. Покупала вещи, игрушки, и каждый день пропадала у Димы.
Владимир даже беззлобно ворчал:
- Скоро совсем родного мужа забудешь. – Я постаралась сразу же его в
этом разубедить. И у меня получилось…
когда я, наконец, привела Диму домой, Владимир вышел нас встречать.
Лицо у него было очень серьёзное, даже суровое. Я думала, мальчик
замнётся, испугается сурового незнакомого человека.
- Здравствуй, я твой отец. - Сухо сказал Владимир. Мне дико
захотелось сразу же его отчитать, чтобы был по ласковей с ребёнком.
Но Дима вырвал у меня руку, подошёл к Владимиру, вскинул голову и
сказал:
- Очень приятно, я Дима. И я тебя не боюсь…
Владимир рассмеялся, хлопнув ребёнка по плечу. Всё таки, они смогли
найти подход друг к другу…
Я очень боялась, что Володя с Димой не сойдутся. Я слышала, что не
всякий мужчина легко мерится со своим родным ребёнком, не то, что с
чужим. Но поладили они довольно быстро и на удивление хорошо. Всё же
мой муж в душе остался ребёнком. Порой у меня было такое чувство,
что у меня стало сразу двое детей. Вместе гоняли мяч во дворе,
играли в настольный хоккей, который Владимир со счастливым видом
притащил из детского мира. Я думала, что это я балую Диму, покупая
ему игрушки. Оказалось, я всё ещё плохо знаю своего мужа. Я не
уловила момент, когда игрушки стал покупать он. Железная дорога,
компьютерная приставка, различные роды конструкторов, макеты
самолётов, кораблей, пистолеты, машины. Вечером мои мужчины садились
за игры, от которых за уши не оттащить ни того, ни другого. Могла ли
я подумать, что мой муж, директор серьёзного предприятия, может с
таким упоением гонять мяч, или клеить корабли. Довольно быстро в
доме появился велосипед, а вслед за ним и роликовые коньки. Дима
быстро показал, что он не только шустрый и быстрый, но и смелый, и
сообразительный. Он схватывал всё буквально на лету. И, глядя на
него, я порой улавливала до боли знакомый озорной блеск в глазах.
Бывает же…
Владимир таскал ребёнка с собой везде: на хоккей, на лыжи, просто на
машине покататься. Очень скоро Дима полюбил кататься у папы на
плечах, и я стала уже забывать, что когда в нашей жизни не было
этого мальчика, живого, как ртуть.
Была весна, когда Дима притащил с улицы щенка, грязного и непонятной
породы. Мне с трудом удалось его отмыть и расчесать. Он
действительно был непонятной породы. Длинноногий, лопоухий,
темно-коричневый, с неожиданно чёрными, как смоль глазами. Дима
уверял меня, что пёс очень сообразительный, и он нашёл его в
подъезде.
- У него были такие грустные глаза… Ведь у него нет такой мамы, как
у меня.
Возможно, что слабость, но я растаяла. В общем, я разрешила псу
остаться, если папа разрешит. Дима целый день ходил кругами вокруг
собаки, репетирую монологи, которыми будет убеждать отца. Честное
слово, у него при этом было такое серьёзное лицо, что я с трудом
удержалась, чтобы не рассмеяться. Но удержалась: для него всё это
действительно серьёзно. Когда Владимир пришёл с работы, первым
бросился его встречать уже полчаса дежуривший у окна Дима, на ходу
готовя самую просительную физиономию, на которую был только
способен. Но пёс его опередил, долетел до хозяина квартиры одним
лихим прыжком, ткнулся в колени лобастой башкой и заискивающе
заскулил. Муж остановился как вкопанный:
- Это что ещё за чудо?
- Пап, это мой друг. – Безапилярно заявил Дима, обнимая пса за шею.
– Можно он останется?
Владимир задумчиво посмотрел на пса. Мне казалось, я даже слышала, о
чём он думает. Если ребёнок хочет собаку, то почему бы не купить
породистую? Что это за псина непонятной породы? В свою очередь пёс
лизнул мальчика в нос и посмотрел на хозяина. И в собачьих глазах
было столько преданности и тоски, что Владимир не удержался от
улыбки. Словно почувствовав какой-то перелом, и желая закрепить
успех, пёс завилял хвостом, встал на задние лапы, и заиграл. Это
было до того забавно, что Володя в голос рассмеялся и сказал:
- Ладно, пусть остаётся. Только веди себя прилично, понял? – Строго
сказал Володя псу. Тот мотнул головой, словно согласно кивая. – Как
назвать решили?
- Может, Батманом*? – Вспомнила я своё любимое движение из балета.
- Батман, так Батман.– Развеселился Владимир, подмигнув псу. - Пусть
Батя будет.
*Батман - в классическом танце, быстрый удар работающей ноги о
щиколотку опорной ноги
Так в нашей семье стало на одного члена больше. И этот член был
самым беспокойным из всех. Поскольку Дима не мог выгуливать Батмана
по утрам, а уж тем более вечером, с ним гуляла я. Правда, вскоре мне
удалось переложить эту обязанность на Владимира, но убирать за не
меру резвившимся псом всё же приходилось мне. Они с Димой мало что
по потолку не бегали, а приходившая к нам в гости Лиза только
посмеивалась. Она через всё это прошла, её весёлая троица росла и
вовсе вольготно, но, тем не менее, родителей слушались
беспрекословно. Мы весело болтали, пока дети с Батманом резвились на
улице. Не смотря на своё, так сказать, неблагородное происхождение,
Батман защитником был, что надо. При нём к детям никто и быстро не
подойдёт, кроме нас. И, к слову сказать, своим единственным хозяином
Батман безоговорочно признал Владимира. Чему мой супруг, разумеется,
нисколько не противился.
- Лиза, - подошла я к тому разговору, ради которого я и позвала
сестру, - ты не могла бы присмотреть за детьми? Мне нужно уйти…
- Что-то стряслось, сестрёнка?
- Да нет. Просто есть одно дело.
- Хорошо, иди. Я присмотрю за ними.
Когда Володя пришёл домой, он первым делом спросил у Лизы, где я. Но
она только сказала, что я ушла по делам, и они сидели на кухне,
болтали и пили чай. Когда я вернулась домой, сестра как раз
собиралась уходить. Уходя, она чмокнула меня в щёку, забрали детей,
и величественно удалилась. Ох, Лиза, Лиза…
- Что ты так сияешь, Синица? – Усмехнулся Владимир, сажая меня к
себе на колени. – Случилось что?
- Случилось. – Я обняла мужа за шею и уткнулась лицом ему в плечо. –
Володя, я беременна.
- Синица…- Выдохнул он. И в его словах было столько счастья, что мне
оставалось только благодарить Бога, за то что у меня такой муж. На
кухню буквально влетел запыхавшийся от игр Дима. Увидев нас, застыл,
как маленькая статуя.
- Ой!
- Иди сюда, пострелёнок! – Улыбнулся Владимир, поманив к себе сына.
– У тебя скоро будет брат или сестра.
- Хорошо. – Серьёзно кивнул Дима. – Значит, я буду страшим братом.
Это так здорово.
КОНЕЦ
Десять лет спустя
- Дима, подожди! – Тонкий ещё детский голосок заставил высокого
стройного юношу обернуться. Девочка лет десяти, маленькая и
белокурая смотрела на него серьёзными серыми глазами. Она была одета
не так, как одеваются другие девочки, в воздушные платьица и
туфельки. Его сестрёнка предпочитала практичную джинсу, в которой
так удобно лазить через заборы и играть в футбол со старшим братом.
– Ты как на пожар летишь.
- Мама просила купить хлеб, ты не забыла? А папа сказал быть дома к
десяти.
- Не страшно, если немного опоздаем. – Мотнула головой девочка. – А
если ты будешь так бежать, то сломаешь себе что-нибудь…
- С чего это?
- Потому что я тебе подножку поставлю. – Показала брату язык девочка
и рассмеялась. Дима секунду помедлил, потом тоже рассмеялся, подошёл
и подхватил девочку на руки. Сестрёнка протестующе забилась.
- А ну угомонись! Домой надо, мама ждёт… |