Название: "Судьба двух сердец"
Автор: Alt@
Жанр: Альтернативное развитие сюжета БН
Рейтинг: PG
Герои: Владимир Корф, Анна Платонова, Михаил Репнин, Елизавета Долгорукая
Примечание: Мой первый фик по ВовАнне. Надеюсь, что придётся по душе =)

Сегодня Анна была как никогда печальна. Ей сразу же становилось грустно и одиноко стоило только подумать о Михаиле или Владимире. Она чувствовала, что что-то не так, что нет больше между ними той былой дружбы и винила в этих изменениях себя. Но разве она могла знать, что Владимир испытывает к ней какие-то чувства? Ведь он всегда только унижал и упрекал её. Трудно было различить за этой маской холодного презрения что-то иное, человеческое… Сейчас она уже не знала как ей вести себя с ним или даже с Михаилом. Она оказалась в ловушке и убежать нельзя. Шестое чувство подсказывало, что соперничество между лучшими друзьями ни к чему хорошему не приведёт. Она вспомнила оружие, которое чистил Георгий.
- Значит, дуэль? – напряжённо думала она, прислоняясь к широкому подоконнику – Что такое честь по сравнению с жизнью? Неужели стоит ради неё убивать близких и дорогих сердцу людей?..
Анну терзали эти жуткие мысли ответа на которые она не находила. Ещё вчера она думала, что для Владимира нет ничего важнее его собственной чести и достоинства. Только один холодный расчёт. Жить ради себя и при этом оставаться примером для подражания. Но она ошибалась… Он умеет чувствовать, умеет любить, дарить улыбку любимому человеку. Анна сама не замечала как внутри неё зарождалась нежность к её мучителю. 

- Теперь ничего уже изменить нельзя – подумал Владимир, вновь сворачивая бумагу в трубочку и обматывая её красивой шёлковой лентой – Я не мог выносить твоего смеха, когда в тебе его пробуждали другие, а теперь я, наверное, повзрослел… Я смогу это пережить. Подарю тебе это счастье и свободу с твоим избранником. Мне тогда уже будет всё равно. Я буду с тобой, отец. Сколько нужно сил, чтобы видеть, как ты будешь счастлива с другим? У меня столько нет…

Утомлённый этими мучительными размышлениями, Владимир прилёг на постель. Сон мгновенно сковал его веки и глаза погрузились во тьму.
- Владимир – слышит он мелодичный голос так ласково зовущий его. Чья-то нежная хрупкая ладонь бережно проводит по его щеке. Барон открывает глаза и видит Её подле себя. Она с любовью смотрит на него и, жалея, как маленького ребёнка, гладит его тёмные волосы.
- Анна  - прошептал он заворожено, но только протянул руку, чтобы дотронуться до этого прекрасного ангела как Она исчезла. Снова темнота…
- Сколько же ещё раз ты мне будешь сниться? – обречённо подумал Владимир и опять почувствовал нежное прикосновение на своём плече. Он вновь открыл глаза и вновь ему предстал лик его возлюбленной.
-  Пусть этот сон продлится дольше, чем другие – пылко проговорил он и страстно поцеловал Анну.
- Всё как наяву – пронеслась мысль в его голове. Владимир молниеносно отстранился от девушки и понял, что это уже не сон. Анна на самом деле была здесь, в его комнате.
- Она здесь! Она рядом! – закричало его сердце, бешено набирая ритм, но разум поспешил охладить чувства.
- Что?.. Что вы здесь делаете? – с трудом задал он свой вопрос, отдаляясь от неё всё дальше и дальше.
- Я пришла к вам… - ответила она тихо и робко, но пронзительно посмотрела ему в глаза.
- Зачем? Зачем вы пришли? Вы же не любите меня. Я это знаю! – решительно сказал Владимир, причиняя этими словами боль самому себе.
- Прошу вас, отмените дуэль! – с мольбой в голосе выкрикнула Анна, схватив его за руку.
- Вы так беспокоитесь за мою жизнь? – спросил Корф с иронией в голосе. Но Анна молчала. Она не знала что сказать этому мужчине, которого совсем недавно ненавидела за своё унижение, а теперь со страхом поняла, что эта ненависть испарилась.
- Ответьте же. За кого из нас вы боитесь больше? – не собирался сбрасывать обороты Владимир.
- Я боюсь за вас обоих…
- Ложь! Зачем вы лжёте? Вам ведь важен только Репнин! Или вы не понимаете, что…
- Мучаю вас? – договорила она те слова, что не в силах был произнести он. Она вдруг заплакала. Сначала одна слезинка, потом другая… Владимир замер и смотрел как медленно на прекрасном лице появляются влажные дорожки от слёз.
- Простите, простите меня – зашептала она как в бреду – если бы я могла, если бы я только могла, то сразу же уехала бы отсюда в Петербург! Я не хочу вас больше мучить, но ведь и вы причинили мне много страданий. Как я вас ненавидела! Но уже всё… Всё прошло. Я вас больше не ненавижу. Мне не хочется, чтобы вам было больно – ведомая только своими эмоциями, Анна обвила своими тоненькими ручками шею Владимира и прижалась к его лицу. Как бы ему хотелось в эту секунду остановить время! Он тоже обнял её за талию и в ответ прошептал: Это вам придётся прощать меня…
- За что? – не поняла Анна.
- За то, что теперь, когда я почувствовал какого это, обнимать вас, быть рядом с вами, я не уверен, что смогу от вас отказаться…
Анна выпустила Владимира из объятий и он нехотя отпустил её.
- Дуэль состоится – проговорил барон охрипшим от волнения голосом. Анна хотела что-то ещё сказать, но не стала и ушла, бесшумно закрыв за собой дверь.

- Владимир Иванович, - вздрогнул Штерн, - а может, все-таки - того, передумаете? – Михаил, Владимир и доктор Штерн стояли неподалёку от заброшенной избушки лесника. Доктор прилагал последние усилия, пытаясь усмирить пыл былых товарищей, но всё оказалось безрезультатно. Он лишь покачал головой, наблюдая за тем, как Корф и Репнин обмениваются пистолетами то и дело, подкалывая друг друга.
- Ну же, стреляйте князь! – подначивал Репнина Корф.
- Вам так не терпится расстаться с жизнью?
- Может и так… А возможно я с нетерпением ожидаю вашего промаха перед своим контрольным выстрелом.
- Не будьте излишне самоуверенны, барон. Неужели вы думаете, что Анне доставит удовольствие каждый день видеть ваше лицемерное лицо?
- Во всяком случае, это удовольствие куда больше, нежели день за днём слушать ваши лживые речи.
- Господа, господа! Или вы стреляетесь или покончим со всем этим – поспешил вмешаться Штерн.
В этот момент Репнин уже направил пистолет в сторону Корфа и стал прицеливаться, но потом резко поднял руку вверх и выстрелил в воздух.
- Они не станут стреляться. Всё это просто спектакль – понял доктор, когда уже и Корф «промахнулся».
Обоих соперников одолевала злоба и отчаяние. Сейчас они были готовы расстрелять друг друга, но ненавидели самих себя за то, что им мешала это сделать их многолетняя дружба.

Анна зашла в кабинет к Владимиру полная решимости поговорить с ним, но ни в кабинете, ни в любой другой комнате дома она его не нашла.
- Где же ты можешь быть? – растерявшись, задала она вопрос в пустоту.
Вдруг дверь рывком открылась, и на пороге предстал Владимир, а следом за ним зашёл Михаил.
- Анна, вы здесь… Что ж, очень хорошо… - барон хотел казаться как можно увереннее, но волнение, то и дело промелькавшее в голосе, беспощадно его выдавало. Он быстро прошёл к своему столу и, выдвинув один из ящиков, достал из него свёрток бумаги и протянул Анне. Она нерешительно его приняла и после минутного колебания развернула.
- И я, и Михаил решили, что вы сами должны выбрать с кем вы захотите остаться. Однако, по мнению моего соперника, ваше положение крепостной даёт мне какое-то влияние на вас, потому я решил поставить на этом точку – отчётливо произнёс Владимир.
- Вы… вы даёте мне вольную? – только и смогла выговорить Анна, прижимая к сердцу драгоценный для неё документ.
- Совершенно верно. Вы больше не моя крепостная. Отныне вы свободная женщина – с какой-то горечью вынес вердикт Корф.
- Да, Анна. Теперь вы можете начать новую жизнь, и… мы можем начать новую жизнь – воодушевлённо сказал Репнин.
Анна не могла найти подходящих слов. Только в висках стучало и пульсировало одно слово: «Свободна! Свободна! Свободна!»
- Значит, вы всё-таки решили узнать моё мнение? – стараясь не терять самообладание, осведомилась Анна. Только сейчас она заметила у Владимира ссадину около рта и след от удара на щеке Михаила – Но перед этим выяснили все вопросы как настоящие мужчины… - дополнила она уже с укором.
- Оставьте это, Анна. Вот ваш избранник. Он цел и невредим. Разве это не то чего вы хотели? Дуэли не было, как вы и просили – скорее прошептал, нежели сказал Владимир.
- Просили? Анна, вы просили Владимира отменить дуэль? – взволнованно спросил Михаил.
- Да, Миша… Просила и даже умоляла – честно ответила Анна на вопрос.
- Умоляли? Зачем? Почему его? – не смог скрыть своей ревности князь.
- Михаил, прекратите все эти сцены! Для чего они вам сейчас? – тоном человека, которого нельзя ослушаться воскликнул Владимир.
- Я просто хочу понять, почему Анна обратилась за помощью к вам барон, а не ко мне – уже язвительно отозвался Репнин.
- Вчера ночью я просила Владимира отменить дуэль… Я пришла в его комнату… - прервала Анна, уже было начавший разгораться спор – Я просила его за вас обоих.
- Вчера ночью? – переспросил Михаил, не веря своим ушам.
- Анна поступила благородно. Она сделала это ради тебя – защитил Анну Владимир.
- Да… да, это весьма благородно с её стороны! Приходить в вашу комнату ради меня! Как же я раньше не догадался?! – иронично вскричал Репнин.
- Между нами ничего не было, как вы подумали… - попыталась оправдаться Анна.
- Не было… - с оттенком безразличия повторил слова Анны Михаил, а потом стремительно подскочил к ней – Хотите я вам скажу, почему вы пришли в комнату барона? Вы пришли просить не за меня и даже не за нас обоих. Вы пришли, потому что сами этого хотели! Хотели быть с Корфом!
- Михаил! Что за чушь ты несёшь?! – не смог больше себя контролировать Владимир. Он подошёл к князю и схватил его за ворот сюртука – Анна любит тебя! Тебя, понимаешь? Она была готова пожертвовать собой, своими чувствами к тебе только для того, чтобы ты остался жив!
- Что же, я жив и оставляю эту дуэль за вами Владимир. Вы можете считать себя победителем – Михаил вырвал свой сюртук из рук Корфа и, посмотрев на Анну в последний раз, покинул комнату.
Владимир оглянулся на Анну. Она стояла как в забытье, всё ещё прижимая к груди вольную.
- Анна… я не должен был говорить Михаилу о вашем приходе в мою комнату. Сможете ли вы когда-нибудь простить меня?.. – спросил Владимир, с надеждой глядя Анне в глаза.
- Простить? Простить вас? – удивлённо воскликнула она – Вы же сделали меня самой счастливой, когда дали свободу! Вам просто никогда не понять какого это, когда нет воли. Если бы вы знали, как я вам благодарна! – Анна и плакала и смеялась одновременно. Она подбежала к барону и поцеловала его в щёку. Он замер, боясь пошевелиться: Мне кажется, вы сами не понимаете, что делаете… - наконец вымолвил он.
- Это вы не понимаете, какое счастье подарили мне – остановила его Анна и прежде, чем он успел что-то ей ответить, выскочила из кабинета.

Прошло уже около часа, а Анна всё ещё не могла поверить в то, что она больше не крепостная: Как же это хорошо… Как же хорошо чувствовать себя свободной! – ликовала её душа.
Но, если она теперь не крепостная, значит, не может больше оставаться в этом доме… Анна оглядела свою спальню. Всё здесь было таким родным, таким знакомым. Эта комната напоминала о её детстве, юности, Иване Ивановиче… Владимире…
Владимир… Почему он дал ей вольную? Неужели только потому, что Михаил усомнился бы в её выборе в случае, если она останется крепостной? Нет, конечно, нет… Как она могла так сильно ошибаться? Не знать настоящего Владимира Корфа? И как столь длительное время ему удавалось скрывать себя настоящего? Анна не знала ответы на все эти вопросы, но больше всего её мучило, почему он не показывал никогда своих чувств.
Во время раздумий она собрала несколько платьев и аккуратно сложила их в большой сундук у кровати. Нужно было уезжать, но делать это ей совершенно не хотелось. Она ведь даже толком ничего ему не сказала, так её переполняла радость. Утрата Михаила, близкого человека стала для неё почти неощутимой. Казалось, что она обрела кого-то ещё ближе, намного роднее…

- Владимир, что с вами? Вас кто-то ударил? – обеспокоенно воскликнула Лиза, чуть дотрагиваясь до небольшой ссадины барона.
- Ничего страшного… пустяк – отговорился он, инстинктивно отдаляя от её руки своё лицо. После того поцелуя Анны ему не хотелось, чтобы к нему прикасался кто-то другой кроме неё – Что вы здесь делаете?
- Пришла навестить вас. Или вы мне не рады?
- Разумеется, рад, но это на вас не похоже…. – с сомнением протянул Владимир.
- Вот как… - Лиза прошлась вдоль по кабинету – Что ж, вы, как всегда, правы. Я, действительно, пришла не просто так. У меня есть к вам одна просьба…
- Для вас всё, что угодно – учтиво отозвался Корф.
- Забалуев… С этим нужно что-то делать… Я не знаю как доказать маменьке, что этот человек подлец…
- Простите меня. Я совершенно забыл о вас и о вашей проблеме… - виновато проговорил Владимир.
- Да, я вижу, вы были сильно заняты – Лиза вновь посмотрела на его рану – Да и князь Репнин тоже куда-то пропал…
- Мне бы не очень хотелось говорить о Репнине – резко прервал её Корф.
- Так это… не может быть… - приложила ладонь ко рту Лиза – Это князь вас ударил?
- Давайте с вами обсудим что-нибудь иное – попытался перевести тему Владимир – Не думаю, что вам так интересны мои незначительные увечья.
- В таком случае вы ошибаетесь. Мне всё о вас интересно. Мне интересны Вы… - прошептала Лиза, подойдя к Владимиру ближе.
- Лиза, я хочу, чтобы вы поняли, что всё уже не так как прежде…
- О чём вы, Владимир?
- О нас с вами и… У меня была дуэль с Репниным – сознался Корф.
- Дуэль? – повторила Лиза как эхо.
- Да, дуэль. Из-за Анны…
- Анны? Воспитанницы вашего отца? – вырвалось у неё – Михаил обидел её?
- Нет, не обидел. Наоборот, он влюблён в неё… и я тоже.
- Но я всегда считала, что вы как брат и сестра – не знала, что ещё ответить Елизавета.
- Выходит, вы ошибались…

- Владимир! – позвала барона Анна, войдя в кабинет, и увидела Лизу – Здравствуйте, я не знала, что вы решили нас посетить – вежливо проговорила она.
- Вас? – с усмешкой повторила Елизавета.
- Простите, Владимира Ивановича – поправилась Анна, чувствуя, что эта оговорка не пройдёт ей даром.
- Да нет, что вы. С моей стороны было весьма некультурно не поприветствовать вас. Вы ведь тоже живёте в этом доме – чётко выговаривая каждое слово, произнесла Долгорукая – Да… да, извините меня… это глупо… надеяться, верить, чего-то ждать… - шептала она уже самой себе.
- Лиза, с вами всё хорошо? – Владимир хотел поддержать её за локоть, но она с лёгкостью выкрутилась и предотвратила прикосновение – Совсем забыла о времени… Мне уже пора… И всё-таки, я надеюсь, что несмотря ни на что вы или князь Репнин сможете мне хоть немного помочь – напоследок сказала она.

- Кажется, я вам помешала… - начала Анна смущённо, но Корф её прервал: Нет, что вы, ничуть.
- Елизавета Петровна выглядела подавленной…
- Она просила о помощи насчёт Забалуева. Я и Михаил обещали ей…
- Как только Марья Алексеевна могла выдать свою дочь за такого ужасного человека – сочувствующе прошептала Анна.
- Это не первая её глупость – Владимир опустился в кресло и задумчиво повертел в руках графин с виски.
- Владимир, я хотела поговорить с вами. За всеми этими событиями я совершенно не подумала… Мне ведь придётся теперь уехать отсюда – расстроено проговорила Анна, опустив глаза.
- Уехать? Почему же? – Владимир отставил графин в сторону и посмотрел на Анну.
- Я же больше не крепостная, а значит, не могу оставаться в вашем доме…
- Кто же вам это сказал, Анна? Оставайтесь сколько вам будет угодно! Вас отсюда никто не гонит.
- Вам не очень больно? Я чувствую себя виноватой за то, что Михаил ударил вас…
- Вы ни в чём не виноваты и выбросите эту мысль из своей хорошенькой головки – Владимир ласково посмотрел на неё и провёл рукой по волосам.
Анна улыбнулась: Спасибо вам…
- За что?
- У меня такое чувство, будто я заново родилась. Мне так легко и свободно…
- Я безмерно счастлив, что именно мне удалось подарить вам эту радость – на лице Владимира появилась обаятельная улыбка.
- Почему вы раньше не были таким? – отважилась Анна затронуть так интересовавшую её тему.
- Каким?
- Как сейчас… нежным, заботливым… - она вовремя остановилась и замолчала.
- Многим мужчинам не свойственно проявлять свои чувства к женщине, тем более, если они сомневаются во взаимности – сдержанно произнёс барон.                                                                                                                                                                                                                                                                                  
- А вы сомневались?

- Сомневались? – повторила Анна свой вопрос.
- Анна… сколько раз? Сколько ещё раз ты будешь так смеяться надо мной? – Владимир впервые просил Анну о чём-то с мольбой в голосе. Внутри у него всё было готово разорваться на части: Аня, Анечка, зачем ты так со мной? Ты никогда мне не простишь все те унижения, которым я тебя подверг. Ты всегда будешь обдавать меня лишь презрением, смеяться над моими чувствами. Видеть во мне только чудовище, что изводило тебя долгие годы. Что прилюдно оскорбило тебя… - думал Владимир, смотря прямо ей в глаза и не в силах отвести свой взгляд.
- Поверьте, я не смеялась над вами… - уверила его Анна.
- Прошу вас, уйдите – оборвал он её – Уйдите – повторил он ещё раз, видя, что она не сдвинулась с места.
- Это вы прогоняете меня. Вы сами – осуждающе проговорила она – Что ж, я уйду. Только больше не вернусь. Не буду, как вы говорите, смеяться над вами. Я уезжаю в Петербург – были последние её слова.
Владимир хотел что-то ещё выкрикнуть ей вслед. Возможно, остановить… но не успел.

 Как я горда и упряма! Зачем я уехала? Это было ещё вчера, а кажется, что прошла целая вечность… Мне плохо без тебя, Владимир. Почему ты мерещишься мне повсюду? Как будто ты вот-вот выйдешь из-за угла и улыбнёшься мне. Словно ничего и не было. Что за больная фантазия, думать только о тебе, желать видеть только тебя? Неужели я могла понять, как ты важен мне, лишь вдали, когда нас разделяют километры?

Целый день Анна не могла ничем заниматься и думать ни о ком другом, кроме как о Владимире. Она постоянно закрывала глаза и мечтала, что стоит ей только их открыть, как увидит его. Кинется ему на шею и прошепчет, что никогда больше от себя не отпустит… Но это она его бросила. Уехала от него. Почему? Обида, гордыня? Что же это за чувства, разделяющие два любящих сердца? Какое право они имеют вставать между ними? 

- Анна! – окликнул её знакомый голос. Она обернулась и замерла в изумлении…
- Михаил? – удивилась она – Что вы здесь делаете?
- Я приехал к вам. Нам нужно поговорить – настойчиво сказал он.
- Поговорить? Я не совсем понимаю вас. Знаете, уже слишком поздно что-то обсуждать… - запротестовала Анна.
- Это не тот разговор, о котором вы подумали – остановил девушку Репнин – Дело касается Владимира.
- Владимира? С ним что-то случилось? – нервные нотки в голосе Анны выдали её с головой.
- Вы же любите его. Зачем вы уехали? – спросил князь и внимательно посмотрел на Анну.
- Мне иногда кажется, что он сомневается в собственной любви. Ему не хватает сил сказать мне в глаза, что он чувствует. Любовь, которую он ко мне испытывает лишь моё предположение…
- Вы же сами понимаете, что это не так! Достаточно посмотреть, как он ведёт себя, когда я рядом с вами. Его ревность видна невооружённым глазом. В наших разговорах Владимир не отрицал свои чувства по отношению к вам.
- Но в мои он не верит – расстроено прошептала Анна, грустно усмехнувшись – Как будто я не могу испытывать тоже, что и он… Возможно, потому что это кажется невероятным. Ведь ещё совсем недавно я была уверена, что люблю только вас. Время не успело пройти, а я поняла, как сильно он мне нужен. Что же это такое? – Анна медленно, словно устав от своей длительной речи, опустилась в кресло, стоящее рядом – Если бы он мог мне довериться, принять меня после всего, что произошло… Я бы не задумываясь бросила Петербург, театр, всё о чём мечтала раньше. Теперь я осознала, что всё это не имеет никакого значения, когда его нет рядом.
Мускул на лице Михаила чуть дрогнул. Он был готов смириться с тем, что Анна начала что-то испытывать к Владимиру, но князь даже не подозревал, что это чувство настолько глубоко. Репнин знал, что Анна никогда не ощущала к нему ничего подобного. Тем не менее, он тяжело вздохнул и сказал: Вы спрашиваете, что это такое? После ваших слов я уверен, что это настоящая любовь. И это не та любовь, которая вспыхивает как факел, в один миг, а то удивительно хрупкое и одновременно сильное чувство, зарождающееся между двумя людьми, годами. И вы откажетесь от него? Неужели вы думаете, что вам выпадет счастье испытать нечто подобное дважды?
Анна подняла голову и её пронзительные голубые глаза, выразительно посмотрели на Михаила. Всего пара секунд и от смятения не осталось и следа: Вы правы! Я вернусь домой! Вернусь к нему!

Как же это хорошо! Как приятно, возвращаться домой, когда знаешь, что там тебя ждёт самый дорогой и любимый человек на свете! Тот, кто знает какого это, любить безоглядно, искренне, самозабвенно, поймёт, что значит вернуться к своей второй половине. Всю дорогу Анна мысленно подгоняла сани, прося их ехать как можно быстрее и они, как будто слушаясь её, неслись по уже утрамбованному снегу с невероятной скоростью.

После разговора с Михаилом, Анна тут же вновь собрала все свои вещи и лично сообщила Оболенскому, что покидает Петербург. И вот, на рассвете она уже мчится в Двугорское, домой. Никак не может выкинуть из головы слова Михаила, поражаясь его поведению. Она-то знала, что он любит её до сих пор. Но князь приехал к ней сам и не для того, чтобы предпринять попытку вернуть, а убедить в том, что Владимир и есть её судьба.

Уже видно! Виднеется имение Корфов! Анна выпрыгивает из саней как безумная: «Только бы он был дома, только бы он был дома» - бьётся в её голове одна и та же мысль. Ступеньки, ах опять эти ступеньки! Сколько же их?! Совсем немного осталось, и она увидит его! Повернуть по коридору направо, несколько шагов и…

- Аннушка! Ты-то как ты здесь? – столкнулась с ней Варя – Неужели сообщили уже?
Анна застыла на месте. Сердечко бешено заколотилось, предчувствуя беду…
- Что сообщили, Варя?! – скорее выкрикнула, чем спросила девушка, внутренне, боясь услышать самое худшее.
- Ой, горе-то, какое! – захлюпала Варвара носом, прикладывая платок к груди – Барин наш, Владимир Иванович, прошлым вечером застрелился!

После Вариных слов Анна уже ничего не помнила. Всё вокруг поглотила бесконечная тьма. Только чьи-то голоса вокруг перешёптывались, но что они говорили, Анна разобрать не могла. «Его нет, нет больше со мною!» - кричало что-то внутри. Состояние небытия затягивало её в себя с каждой минутой всё больше и не было сил вырваться из него. Вдруг девушка почувствовала резкий, неприятный запах. Пелена спала с глаз. Анна начала видеть очертания какого-то человека. Он склонился над ней и протянул ватку, дурно пахнущую чем-то. Через несколько секунд она узнала в этом силуэте доктора Штерна: Владимир – тихо прошептала она.
- Успокойтесь. Придите в себя. Не нужно торопиться – доктор помог Анне сесть. Она приложила руку к голове, которая буквально раскалывалась от дикой боли – Вы ударились, когда упали. Но падение не было серьёзным. Я думаю, что скоро всё пройдёт.
Рядом с доктором стояла Варя. Выглядела она ужасно напуганной и, постоянно протирая опухшие от слёз глаза, подала Анне какую-то микстуру.
- Владимир… - вновь тихо повторила Анна – Что с ним? Он умер? – ей опять показалось, что всё вокруг медленно закружилось, но она сделала усилие и взяла себя в руки.
- Вам сейчас никак нельзя волноваться, Анна… - сказал доктор, но она не выдержала и, чувствуя, как слёзы быстро побежали по щекам, снова спросила, но уже более настойчиво: Прошу вас, скажите мне правду! Что с Владимиром?!
- Владимир Иванович жив, но он в очень тяжёлом состоянии и не приходит в себя. Я не могу делать никаких утешительных прогнозов. К сожалению, он весьма плох.
- Господи, что же произошло?! – в отчаянии воскликнула Анна.
- Аннушка, после твоего отъезда Владимир Иванович себе места не находил – робко начала Варвара, нервно теребя платок – Уже поздно было. Я за барина волновалась, зашла к нему, говорю, что пора бы уж ему перестать себя изводить-то, а он как-то странно так улыбнулся и спровадил меня потихоньку. Но на сердце всё равно тревожно, вот я и попросила Никитку приглядеть за хозяином. Чтоб не натворил чего. А средь ночи Никитушка прибегает, всех перебудил, за доктором послали. Сначала кричал, что застрелился, но потом оказалось, живой. Никитка-то на него кинулся пистолет вырывать, когда хозяин выстрелить собирался. Он-то пулю в лоб хотел пустить… Ой, если б не Никита, что бы было!.. Не знаю… Вот барин и промазал…
- Пуля прошла через плечо. Но потребовалось длительное количество времени прежде, чем мне сообщили. Барон потерял очень много крови – объяснил доктор Штерн Анне, которая слушала их обоих с замиранием сердца: Вы позволите мне зайти к нему? – выпалила она сразу же, как доктор замолчал.
- Да… вы… вы можете зайти, но я настоятельно вам рекомендую не делать никаких резких движений. Вы пережили слишком сильный стресс и этот обморок. Постарайтесь быть как можно спокойнее.
- Спасибо. Я буду соблюдать все ваши рекомендации. Извините – монотонно ответила Анна и отправилась в комнату Владимира. Голова всё ещё немного кружилась, но она не обращала на это никакого внимания, думая только о тех словах, что сказал доктор: «он весьма плох… потерял очень много крови…»

Она бесшумно открыла дверь его спальни и тихо-тихо, как приведение, подошла к кровати. Владимир лежал без сознания. Плечо его было перевязано, а голова запрокинута в сторону. Анна села рядом и поправила подушку. Несколько секунд она просто молча смотрела на него, а потом, когда поняла, что сдерживать себя уже не может, разрыдалась: Владимир, Володенька, бедный мой! Зачем ты так? Зачем ты это сделал, зачем? – спрашивала она Владимира, хватая его за руки и покрывая родное лицо поцелуями, зная, что не получит ответ на свой вопрос.

Владимир по-прежнему лежал без сознания. Он выглядел таким спокойным, точно спящий. Анна с любовью и тревогой глядела на это неизменчиво лицо.
Прошло уже три дня, а он так ни разу и не открыл глаза. Всё это время, в бреду, он звал её, повторял имя, а она боялась выпустить его руку из своих ладоней даже на минуту.
Вот и эту ночь она провела у его кровати. Было уже утро, рассвело. Анна же засыпала от усталости, но уходить ей не хотелось. Теперь девушка постоянно жила в ожидании того, что Владимир проснётся, что она скажет ему, как сильно он ей нужен, но время шло, а он так и не приходил в себя…

Анна сама не заметила, как заснула. Она впала в это огромное, полупрозрачное небытие, которое несло её куда-то далеко. Подальше от всех бед и несчастий. Ей так бы этого хотелось! Девушке было тяжело думать, что Владимир так и не очнётся. Постоянно её терзала вина. Анна знала, что если бы она не уехала в Петербург, то барон не совершил бы этой ошибки. Поэтому, с каждым часом, который Владимир проводил в бессознательном состоянии, отзывался в её сердце немой болью. Она больше не плакала. Просто заснула, присев на край кровати и сжимая его тёплую руку.

- Что же это было? Крики, какая-то беготня… Уже всё закончилось? Теперь он никогда не почувствует боли, забудет о том, что такое страдание!
Вдруг закололо плечо, да так сильно, что всё тело начало отзываться страшной тупой болью. В лицо подул свежий холодный воздух. Рука безвольно поднялась, повинуясь инстинкту прекратить мучения, и схватилась за плечо. Она нащупала какую-то тугую повязку и снова приняла прежнее положение. Лишь иногда вздрагивала, как и всё туловище, при новых приступах боли. Что-то немного пушистое и рассыпающееся оказалось под его ладонью. Не в силах даже открыть глаза, рукой он почувствовал, что это чьи-то волосы. На губах застыло только одно единственное имя: Анна – прохрипел он и услышал какое-то лёгкий шорох, и в один миг его рука оказалась в плену ледяных, как лёд, рук, а лицо ощутило стремительные нежные прикосновения губ.
- Володя, Володя – зашептала Анна, целуя его в лоб – Я здесь, я радом… я больше никогда от тебя не уйду, слышишь?
Этот голос… он узнал бы его из тысячи других! Самый приятный и ласковый голос, который он когда-либо слышал!

Он с большим трудом открыл глаза. Ему показалось, что он проспал много-много лет и вот Она. Сидит совсем рядом и крепко держит его ладонь в своих тоненьких ручках-ледышках. С такой любовью и преданностью смотрит на него. Сколько он был готов отдать за один её такой взгляд!
- Это не сон? Вы рядом? – спросил он, пытаясь придать своему голосу привычный тон, но из груди опять вырвался хрип.
- Не нужно, Владимир. Не говорите ничего, – Анна приложила пальцы к его губам – Вам нельзя…
- Почему… почему вы вернулись? – всё-таки спросил он.
- Потому что поняла, какую ошибку совершила, когда покинула вас… но сможете ли вы простить меня?
- Анна…
- Нет, постойте… - Анна вновь жестом попросила его замолчать – Меня обидело, что вы не поверили в мои чувства. Я никогда бы не посмеялась над вами… потому что люблю.
Владимир не мог выговорить ни слова. Не только из-за боли в груди, которая нарастала с каждой секундой, а скорее оттого, что не ожидал услышать от Анны такого признания.

После этого разговора он стал быстро поправляться. Анна была всегда рядом, но он, не привыкший к такой заботе, вначале не знал как себя вести с ней, боялся, что какая-то неправильная фраза отпугнёт её, не такой жест, не тот взгляд.

- Что с вами? – спросила она как-то вечером, когда они были в кабинете. Он сидел в кресле и внимательно на неё смотрел:
- Просто задумался…
- Вы не расскажете мне, о чём? – осторожно поинтересовалась Анна.
- О самом большом моём страхе. – ответил барон.
- И чего же вы боитесь?
- Напугать вас. – серьёзно сказал Владимир.
- Что? – на лице Анны появилась улыбка.
- Боюсь, что вы можете сами ошибаться и те чувства, которые как вам кажется, вы ко мне испытываете, окажутся мимолётными. Боюсь, что сделаю что-то не так и упорхнёте вы, Анна, как птичка, ещё дальше Петербурга…
- Ну, что вы такое говорите? Разве для вас ничего не значит мой приезд? – огорчённо проговорила она.
- Что вы, - встрепенулся он – Ваше возвращение очень много для меня значит. Даже слишком.
- Тогда вы не должны в чём-то сомневаться.
- Вы поймите, мне ни с кем не было хорошо как сейчас с вами. Потому меня и терзают эти мысли…
- Напрасно. – тихо сказала девушка и с сочувствием посмотрела на Владимира. Она медленно поднялась, обошла его кресло и ласково приобняла сзади барона за плечи, коснувшись подбородком его головы – Вы помните мои слова? Я сказала, что не брошу вас.
Он взял её руку:
- Обещаешь, что не исчезнешь, вновь не обернёшься сном?
- Обещаю.

Конец.